Bespredel.org > Журналистские расследования > Дуэль на татами. Что дальше?

Дуэль на татами. Что дальше?

Эта мысль впервые так больно поразила после пожара в кемеровском торговом центре.

На срочно организованном совещании с участием Владимира Путина чиновники ищут виновных, обсуждают, что делать дальше, как помочь семьям погибших.

У всех в памяти, конечно, засели слова губернатора Тулеева, попросившего прощения за трагедию – не у людей, а почему-то у президента.

Комментарий Тулеева привел в замешательство тогда даже Путина.

Губернатора в итоге тихо сместили.

Но на той встрече был еще и председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин.

Он говорил о результатах проверки хозяйственной деятельности владельцев торгового центра «Зимняя вишня» и арендаторов.

«Мы изъяли огромное количество документов за эти сутки… В этом предприятии, торговом центре, 27 арендаторов и примерно столько же собственников. То есть это целый конгломерат, холдинг, целью которого было получение прибыли», – таким был вердикт.

Обвинение в «получении прибыли» преступным «холдингом» сильно удивляет тех, кому не посчастливилось стать фигурантами экономических уголовных дел в России.

Это же не может быть серьезно?

Но это совершенно серьезно.

И если глава ведомства считает получение прибыли преступлением, то так же будут считать и все его подчиненные.

И если в следователи идут люди, считающие получение прибыли преступлением, то разве это не страшно?

Руководитель Росгвардии, одного из ключевых силовых ведомств в России, Виктор Золотов выложил сегодня видеообращение к Алексею Навальному – так он ответил на проведенное Фондом борьбы с коррупцией расследование, в котором говорилось о поставках продуктов питания по завышенным ценам для нужд гвардейцев.

Золотов потребовал от Навального «сатисфакции», то есть – вызвал на дуэль.

Как и в случае с получением прибыли, здесь хочется сказать, что это неправда, что такого не может быть.

Но все именно так, и обращение Золотова обсуждает теперь полстраны.

Оставим в стороне явный ⁠диссонанс между офицерской честью, к которой отсылает Золотов, ⁠и языком дворового хулигана, на котором он ведет ⁠разговор («вы, господин ⁠Навальный, никогда не получали ⁠ответку», «выпустили из тюрьмы ⁠– мотанул»).

Главное, что за этим слэнгом стоят твердые убеждения, которые ⁠выплеснулись сейчас наружу без корректировок пиарщиков и имиджмейкеров (или они все же добавили слово «сатисфакция»?), без оглядки на общественное мнение – а точнее, при полной уверенности, что такое мнение не имеет значения.

Убежденность в наличии антироссийского заговора, страшилки из таблоидов про оппозицию и олигархов, еле прикрытые угрозы («вам никто никогда как следует не давал по заднице. Да так, чтобы вы печенкой это прочувствовали»).

Это слова руководителя организации с тремя сотнями тысяч служащих, для которых говорящий – лидер и командующий, чьим указаниям не принято перечить.

И эта организация, так же как СКР Бастрыкина, действует в полном соответствии с убеждениями и принципами, которые нам сегодня продемонстрированы.

Разве это не страшно?

На одной закрытой встрече для журналистов высокопоставленный чиновник правительства жаловался на людей в погонах: мол, мешают работать, количество согласований с разными силовиками, беспокоящимися о безопасности, зашкаливает, никто не знает, за кем они могут прийти (тогда в разгаре было дело руководителя Федеральной таможенной службы).

Неразумным и агрессивным людям в погонах чиновник противопоставлял себя и своих коллег, которые прекрасно понимают устройство экономики, верят в силу рынка и надеются на прогресс.

Как будто это два разных лагеря, сосуществующие внутри государства.

Но это разделение – ложное.

Это не два лагеря, это одно и то же государство.

Не может развиваться система, где одни руководители строят инновационную экономику на блокчейне, а другие видят преступление в каждом «холдинге» и вызывают оппонента на дуэль, обещая превратить его в «хорошую сочную отбивную».

Это разделение возможно лишь по одной причине – потому что большинству людей, живущих в стране, Росгвардия или СК не причиняют (к счастью) вреда.

Если вы не вышли на митинг против пенсионной реформы, то не получите дубинкой по той самой «печенке», упомянутой Золотовым.

Если ваш «холдинг» не мешает бизнесу семьи силовика, то вас не запрут на год в СИЗО по делу, сфабрикованному починенными Бастрыкина.

Но это все – пока.

Вы можете не замечать эту параллельную реальность, управляемую страшными людьми с дремучими представлениями о мире, но это так же непродуктивно, как делать вид, что нет ничего ужасного в том, что главный врач вашей районной больницы – непрофессиональный маньяк, подбирающий в штат подобных себе.

Можно, конечно, уповать на то, что ни вы, ни ваши родственники никогда не попадут на стол хирургу в этой больнице.

Но, согласитесь, это какая-то глупая надежда.

Эхо Москвы 11.09.2018 «Обращение Золотова с субтитрами ФБК»:

«… Т.Фельгенгауэр: ― Да я уверена, что ты уже знаешь наизусть этот текст. Я выбрала два кусочка для того, чтобы мы с тобой послушали, а ты бы мне потом перевел на нормальный язык… 

…Там немного эмоций и немного как бы попытки ответить по существу.

Первая часть господина Золотова:

«Я бы не стал с вами разговаривать, если бы вы были человеком с улицы, но вы же человек с президентскими амбициями, вы так раздуваете капюшон собственной значимости. Вам, правда, часто туда плюют, но для вас что это? Все равно, что божья роса, правда?
Итак, вы озаботились питанием личного состава. Вы знаете, тот нигилизм, который вы проявили при этом, говорит о том, что вам не нужно браться за эти темы, потому что они звучат несколько скудоумно с вашей стороны. Потому что вопросы поставок, вопросы непосредственно заключения контрактов, ценовая составляющая, пролонгация с добросовестными поставщиками продуктов питания – это не ваша тема. Беритесь за другое.
Хочу вам сказать, что те органы, о которых вы говорили, «скромно опускающие глаза, отводящие глаза в стороны», — это органы контрразведки, военной прокуратуры, Счетной палаты, службы собственной безопасности и другие органы, они как раз работают вместе с нами над выявлением коррупционных недостатков, а они у нас действительно есть, они существуют. И поэтому мы боремся с этим, выявляем этих людей и в зависимости от содеянного ими либо увольняем их, либо отдаем под суд. Вот так у нас обстоят дела». 

Вот так вот обстоят дела у Росгвардии с едой.

Георгий Албуров, Жора, вот тебе ответил, по-моему, на твое расследование господин Золотов, причем в первый раз, кажется.

Г.Албуров:― Да. Это достаточно редкий случай.

Но, на самом деле, не на мое расследование, на расследование ФБК. Но слово «ответ» здесь все-таки не очень правильное.

Это был бы ответ, если бы Золотов сказал: «Вот это столько стоит столько-то, а это стоит столько-то. Мы покупаем это, потому что оно по документам подорожало, поэтому выбрали одно из двух компаний».

Но расследование-то началось с чего?

С того, что было какое-то секретное распоряжение Медведева, которого не было на сайте правительства и которое внезапно всплыло на Госзакупках.

И в этом распоряжении написано, что вся продукция Росгвардии должна закупаться у одной и той же кампании, которая была отжата у какого-то украинского олигарха, и она должна по всей стране рассылать эти продукты.

Эта компания удивительным образом оказалась связана с людьми, который занимались для Медведева освоением участков на Рублевке, то есть это очевидная связь между Медведевым и этой кампанией.

И мы спросили:

А почему так происходит, почему это когда эта компания стала подрядчиком Росгвардии, во-первых, больше никто не смог поставлять им продукты, а, во-вторых, эти продукты резко увеличились в цене, в два-три раза?

Сначала Росгвардия ответила, что…

Т.Фельгенгауэр: ― Сначала они сказали, что «вы не учитываете сезонность».

Г.Албуров:― Да, сезонность.

Ребята, вообще-то если сезонность там и есть, то летом и осенью оно должно стоить только дешевле.

И уже в следующем своем ответе они сказали:

«Вот раньше нам поставляли плохие продукты, а теперь нам поставляют очень хорошие продукты».

Но это тоже полная чушь, потому что продукты и раньше соответствовали требованиям ГОСТа и сейчас соответствуют требованиям ГОСТа.

Более того, есть документы о принятии этих продуктов, где Росгвардия расписывается:

«Нормальные продукты. Претензий не имеем» — и нормально их съели…

И Золотову, судя по этому ролику, по существу отвечает 40 секунд из 7 минут, он говорит, почему эти продукты подорожали.

И тут, на самом деле, важная задача: не дать увести Золотову эту тему от вопроса коррупции в вопросы об оскорблении Алексеем Навальным.

Т.Фельгенгауэр:― Погоди. В том фрагменте, который я предложила послушать, он же сам признает: «Да, мы все проверяем. У нас есть проблемы, у нас есть коррупционеры. Мы все проверяем и если что, отдаем под суд или увольняем».

Г.Албуров:― У всех государственных органов есть такой ответ для нас.

У Госдумы есть комитет по противодействию коррупции.

У администрации президента есть комитет по противодействию коррупцию, как-то он по-своему у них называется.

Но это не говорит о том, что Росгвардия борется с коррупцией.

Этот кейс, про который мы рассказали, он как раз говорит о том, что они взяли, выбрали единственного поставщика, завысили цены в 2-3 раза и поставляют Росгвардии достаточно паршивые продукты.

Мне кажется, на самом деле, этот ответ был направлен не только Алексею Навальному, но и самим сотрудникам Росгвардии.

Потому что сидят молодые ребята в этих казармах, едят эту гнилую картошку и хлеб какой-то с плесенью – нам прислали все эти фотографии, это выглядит всё несъедобно и совершенно ужасно.

И боевой дух падает.

И вот, значит, сам лично руководитель Росгвардии записывает такое видеообращение, чтобы рассказать, какие они все мощные и сильные, как они Навального побьют, но при этом совершенно не отвечают, почему же ребята в казармах вынуждены есть гнилой хлеб… 

Т.Фельгенгауэр:― Как раз есть еще две минуты в этом обращении, которые, как мне кажется, обращены именно к Алексею Навальном, а также всем сотрудникам Фонда борьбы с коррупцией. А звучит это всё довольно угрожающе. Давайте две минутки потратим на то, чтобы послушать эти слова.

«Вы, господин Навальный, никогда не получали ответку. А именно, вы всех постоянно поливали, всех оскорбляете, и вам в ответ никто ничего не говорит. Вы знаете, вы наверно чувствуете себя гончей, идущей по следу, или охотничьим псом, который подкрадывается к дичи. Но в действительности вы просто оппозиционная Моська, которая возомнила себя слоном, не знаю, правда, почему. Вы брызжете слюной, лаете, тявкаете на всех, пытаетесь уцепить кого-то за штанину. От вас брезгливо отмахиваются, и вы бежите дальше — за следующей штаниной.
А все отчего? Да потому что вам никто никогда как следует не давал по заднице. Да так, чтобы вы печенкой это прочувствовали. Но сейчас вы обратились как раз по адресу. Хочу сказать, что в своем выступлении вы в отношении меня допустили оскорбительные клеветнические измышления. И знаете, вот в офицерской среде не принято просто так прощать это. Испокон веков еще подлеца били по лицу и вызывали на дуэль. Господин Навальный, нам же никто не мешает вернуть хотя бы часть тех замечательных традиций? Я имею в виду сатисфакцию. Я просто вызываю вас на поединок: на ринг, на татами — куда угодно, где обещаю за несколько минут сделать из вас хорошую сочную отбивную.

Господин Навальный, вы, пожалуйста, не расстраивайте меня. Если вы начнете съезжать с этой сатисфакции, то к лейблу подлеца и труса, коим я вас и так считаю, прилипнет еще, знаете, такое студенистое желеобразное пятно слизняка. И тогда уже с вами точно никто не захочет разговаривать.
Ну и последнее, что я вам хотел сказать. Если, господин Навальный, вы в своих изобличениях еще раз позволите оскорбительный или клеветнический тон в адрес меня или членов моей семьи, то я вам обещаю, что прежде чем перешагнуть через вас и вытереть о вас ноги, я устрою шоу с показом для всего личного состава Росгвардии. И я вас уверяю, вам тогда стыдно будет выйти на улицу. А слово я держать умею. Так что не будите лихо, господин Навальный. Не затягивайте с сатисфакцией, и до встречи. Всего доброго»

Жора, мы же можем посмеяться, но это прямая угроза, нет?

Г.Албуров:― Вот именно.

Это всё облачено в такую форму.

Но это всё исходит от человека, у которого есть власть и все возможности делать, в принципе, что угодно.

И вот вначале говорит, что «вы никогда не получали ответку за свои действия».

Это не так.

Вся политическая деятельность Навального, она во многом состоит из получения ответок за свои действия.

Все эти уголовные дела, все эти нападения, весь вот этот трэш — обыски и так далее — это всё ответка, как говорит Золотов, за его действия.

Что касается Золотова, мы же реально нашли у него недвижимость на 2 миллиарда рублей.

И у него неоткуда взяться этой недвижимости.

Золотов говорит, что он занимался каким-то бизнесом, но весь его бизнес заключался в том, что он в 90-е работал охранником о Ромы Цепова, который и занимался прямым бандитизмом.

Так что, во-первых, угрозы Золотова, конечно, надо оценивать очень серьезно, потому что он может их воплотить, он имеет бандитский опыт, чтобы их воплотить.

Во-вторых, конечно, ему надо уводить все эти разговоры в сторону каких-то драк, в сторону дуэлей и так далее.

Он уличен в коррупции, организации, которыми он руководит, уличены в коррупции.

И главный ответ, который Алексей может дать на это – это просто продолжить расследовать его деятельность, продолжить расследовать деятельность Росгвардии и мочить Золотова именно в этом поле.

Т.Фельгенгауэр:― Алексей Навальный через 13, по-моему, дней выходит из спецприемника. Я думаю, что теперь слово за ним или молчание за ним.

Г.Албуров:― Кстати, это достаточно лицемерно — постить такие видео, когда человек, к которому ты обращаешься, сидит в спецприемнике уже две недели…»