Bespredel.org > Общество > Китайские туристы пришли на Байкал и настроили против себя местных жителей

Китайские туристы пришли на Байкал и настроили против себя местных жителей

«Россия для русских», классический лозунг российского национализма, за последний год стал популярнее вдвое, гласит последнее социологическое исследование «Левада центра».

Оно же утверждает, что китайцы, народ, прежде вызывавший у россиян небольшую антипатию, за год стал вторым в рейтинге «нежелательных» национальностей.

В сознании 31% россиян китайцы теперь уверенно занимают место, когда-то прочно оккупированное уроженцами Кавказа и Средней Азии.

Что стоит за антикитайскими настроениями?

Мы едем на передовую этого противостояния, за 5300 тысяч км от Москвы на восток.

Берег писателей и коммунистов

Листвянка — поселок на две тысячи жителей, самый близкий (65 км) к Иркутску туристический центр на берегу Байкала, глубочайшего озера в мире.

Доступность сделала Листвянку и самым туристическим местом побережья: сюда едут иностранцы, которые потом отправляются дальше в путешествие по Байкалу, сюда на выходные и праздники приезжают иркутяне.

Шум, беспорядочная парковка, дым рыбных коптилен — обычный облик Листвянки летом.

Сейчас туристов почти нет, идет снег, поселок похож на унылую провинцию, каких много.

Листвянка — «байкальский Сочи».

Сибирский поселок растянут вдоль берега Байкала, как Сочи вдоль Черного моря.

Пять километров листвянского побережья — сегодня, возможно, самая дорогая земля на Байкале.

Участки на первой линии уходят по цене около 1 млн рублей за сотку.

Те, что дальше от воды — по полмиллиона.

Вид на Байкал из Листвянки
Вид на Байкал из Листвянки
Листвянка — один из центров притяжения для китайских туристов и бизнеса.
Согласно последней переписи населения, в Иркутской области проживали 3,9% от всей официально зарегистрированной китайской диаспоры в России, это восьмой регион по числу китайцев среди населения.
В 2017 году Россия приняла почти 1,5 млн туристов из Китая, из них 23,5 тыс. посетили Иркутскую область.
Можно быть уверенными, что большая часть этих людей побывала в Листвянке, жители которой годами зарабатывали на туристах.
По подсчетам местных жителей, сейчас китайским бизнесменам в Листвянке принадлежит около 40 земельных участков — от нескольких соток до 10 гектаров.

Как было заведено во всех советских городах и селах, листвянские улицы с именами великих русских писателей пересекаются с теми, что носят имена большевиков и героев народного хозяйства.

Съехав с главной листвянской магистрали — улицы Горького — вглубь, попадаем к дому Сони.

У нее вкусный травяной чай, фотографии советских бардов на стенах и подходящая для нынешнего момента фамилия.

Она — Бунтовская.

23,5 тыс. туристов из Китая посетили Иркутскую область в 2017 году

Сопротивление

Муж Сони — Евгений Кравкль, артист, автор и исполнитель собственных песен, удостоенный статьи в «Википедии», похожей на те, что герои обычно пишут о самих себе.

Переехав на Байкал почти 30 лет назад, супруги основали здесь Театр авторской песни и немало сделали для популяризации Листвянки.

Популяризация имела неожиданный результат — приехали в том числе и те, кому популяризаторы не рады.

Теперь фамилии супругов мелькают в местной прессе главным образом не в связи с концертами авторской песни.

Бунтовская и ее муж — лидеры листвянского сопротивления «китайской экспансии», как они это называют.

Еще Соня употребляет термин «война», и от этого становится тревожно.

Александр Калягин и Роберт Стуруа в гостях у Сони Бунтовской (в первом ряду слева) и Евгения Кравкля (по центру), 2015 год
Александр Калягин и Роберт Стуруа в гостях у Сони Бунтовской (в первом ряду слева) и  Евгения Кравкля (по центру), 2015 год
В сопротивлении примерно 400 человек, говорит Бунтовская, усаживая нас в оранжевую машину: едем на осмотр территории.
400 человек — это много, пятая часть всех зарегистрированных в поселке жителей, считая стариков и детей.

Соня без запинок произносит одно китайское имя за другим:

— Вот это строит Цай Яйсан. У него два участка: один тут, другой — на Куликова, — показывает она на стройку в глубине улицы Островского. — А тут строит Чжао Лиган, — посреди улицы Чапаева мы останавливаемся напротив высокого свежеокрашенного здания.

У Чжао Лигана в Листвянке четыре участка, на них несколько гостиниц.

Та, перед которой мы стоим сейчас, выросла за год.

На первом этаже ресторан, там уже стоят столы и стулья, не хватает только туристов.

Вместо них по залу ходят двое мужчин — русский и китаец.

Китаец на сносном русском рассказывает, что гостиница будет называться «Байкальская нерпа».

В ней 40 номеров, ресторан, цены от 800 до 3000 рублей за номер в сутки.

Строящаяся гостиница на улице Островского, Листвянка
Строящаяся гостиница на улице Островского

— Если проехать дальше по улице, в конце будет стоять еще одна гостиница этого Лигана, называется «Эдем». Рядом еще одна — без названия, — поясняет Соня.

К концу экскурсии начинает казаться, что большая часть строек и гостиниц в Листвянке — китайские.

Названия большинства этих отелей не найти в Booking.com, но в каждый инвестирован не один миллион юаней.

— Они не должны приходить сюда со своим бизнесом, — горячится Соня. — Если бы они вели себя по нашим законам: жили в наших гостиницах, ездили на наших автобусах, они были бы как гости, а не как хозяева.

«Война» началась осенью 2017 года:

«Назрело сразу, у всех открылись глаза».

Назрело во вполне конкретном месте — на участке 29Ж по улице Горького.

Война

В конце 90-х Андрей Суханов переехал в Листвянку из загазованного Ангарска.

Участок на пригорке с отличным видом на озеро стоил 700 тыс. рублей, вспоминает Суханов.

Поставив несколько симпатичных домиков, Андрей стал байкальским отельером.

Сейчас в семейной гостинице Суханова есть постояльцы даже в низкий сезон.

Несколько лет назад его усадьбу хотел купить предприниматель из Израиля:

«Предлагал 25 миллионов. Но тогда гостиниц-конкурентов было мало — я отказал».

Сейчас конкурировать приходится уже с десятками гостиниц.

Андрей Суханов, Листвянка
Андрей Суханов
В течение двадцати лет из окон сухановской гостиницы открывался живописный вид на Байкал.
В 2017 году вид исчез.
Участок напротив — за номером 29Ж по улице Горького — купил за 8 млн рублей «Юра Бай».
Под этим именем в Листвянке знают китайского бизнесмена Ван Сяося.

Пригнал экскаватор, срыл часть склона и залил фундамент.

Прораб Юры пообещал Суханову, что выше трех этажей стройка не поднимется, а на крыше будет дендропарк.

Когда стройка дошла до третьего этажа, а рабочие продолжили вбивать сваи, выяснилось, что вместо дендропарка под окнами будет бетонная стена.

Тогда Суханов, как он сам выражается, «поднял волну»: написал заявление в прокуратуру и стал собирать народ.

Письмом прокурору листвянцы не ограничились: писали президенту, в Совет федерации и зачем-то министру иностранных дел Сергею Лаврову.

С тех пор «сопротивление» исправно рассказывает о «китайской экспансии» приезжающему телевидению, а прошлой весной сопротивленцы даже организовали митинг в защиту Байкала.

Один из участников митинга держал плакат, выразивший общий настрой: «Что китайцу хорошо, то Байкалу плохо».

Стена под окнами гостиницы Суханова была лишь поводом.

Из разговора с бизнесменом становится понятно, чем в действительности недовольны лидеры «сопротивления»:

«Водители автобусов — китайцы, повара — китайцы, гостиницы — китайские. Все деньги улетают в Китай. Ни копейки налогов они тут не платят».

Это не так.

Многие листвянские гостиницы, в том числе и китайские, зарегистрированы в России, там же «прописаны» и некоторые строительные и лесные бизнесы предпринимателей китайского происхождения.

Все они должны платить налоги в российский бюджет.

На вопрос о конкуренции за китайских туристов Андрей отвечает решительно:

— Мне предлагали: полная загрузка, 20 человек китайцев, и так весь год. Я прикинул, это где-то 14 млн в год. Хорошие деньги, но мне такие не надо.

Власть

Когда прокуратура проверила стройку на участке 29Ж, выяснились неожиданные вещи.

В концепцию «китайской экспансии» они не вписывались.

Администрация Листвянки ютится в небольшом домике на окраине.

Местные называют дом «сельсоветом»: в поселке, где многие улицы до сих пор носят имена пламенных коммунистов, по-другому вряд ли могло быть.

В начале шестого вечера в «сельсовете» остается только один человек — юрист Александр Васев.

Он устроился сюда на работу как раз после «войны», выступлений против китайцев, которые смели прежнюю администрацию Листвянки.

— Сегодня в Иркутском райсуде рассматриваются дела о признании незаконными всех выданных в Листвянке разрешений на строительство, — говорит Васев. — Это и послужило основанием для возбуждения уголовного дела в отношении мэра.

Табличку с именем мэра, Александра Шамсудинова, мы только что видели на двери в листвянском «сельсовете».

Однако он не был на работе уже больше полугода.

В конце апреля 2018 года Следственный комитет возбудил против Шамсудинова уголовное дело по 286-й статье — «превышение должностных полномочий, совершенное главой органа местного самоуправления».

С того времени Шамсудинов, как герой популярного сериала, живет под домашним арестом в своем доме здесь же в Листвянке, на улице Гудина.

Шамсудинова обвинили в том, что он незаконно выдал разрешения на строительство индивидуальных домов, под видом которых потом построили гостиницы.

Эпизод, подведший мэра под статью — тот самый участок номер 29Ж, где «Юра Бай» обещал построить дендрарий, а воздвиг отель..

Стройка на Горького 29Ж (слева), Листвянка
Стройка на Горького 29Ж (слева)

Рабочий стол Васева обложен бумагами и чем-то напоминает окоп.

Все шесть месяцев, что он работает в «сельсовете», Васев шлет в Иркутск один за другим иски о признании незаконными уже выданных разрешений на строительство.

Как минимум девять больших строек заморожены.

Васев мыслит юридически.

Он легко объясняет, как все устроено.

Все устроено неважно.

И китайцы виноваты только в том, что их много, и у них есть деньги для инвестиций в местную инфраструктуру.

— Очень просто, — спокойно говорит Васев. — Какой-нибудь дядя Миша подает объявление о продаже земельного участка. Собственников в Листвянке достаточно много. Практически все участки не ограничены в обороте и все имеют назначение — под индивидуальное жилищное строительство. Поэтому новый собственник получает разрешение на строительство индивидуального жилого дома. Четких отличительных признаков жилого дома и гостиницы в российском законодательстве нет. Есть (единственный — «Проект») критерий, по которому индивидуальным жилым домом считается строение высотой не более трех этажей. Недавно мне принесли технический план на ввод в эксплуатацию (индивидуального — «Проект») жилого дома с 36 туалетами.

Годами так повелось: стройки разрешают, потом замораживают, и опять.

Мэр-предшественница Шамсудинова Татьяна Казакова в 2010 году также за превышение своих полномочий получила шесть лет условно.

При ней был открыт первый в Листвянке крупный отель — «Маяк».

Позже следователи посчитали в нем этажи и обнаружили семь при разрешенных шести. Но гостиница все равно работает, она принадлежит совсем не китайцам, а россиянке Ольге Власовой.

Недалеко от «сельсовета» и сейчас кипит стройка — на Академической улице строят развлекательный центр.

При разрешенных по документам двух этажах уже заканчивают четвертый.

Стройку никто не трогает, застройщик ООО «Байкальский острог» также принадлежит совсем не китайцам.

Недостроенный развлекательный центр на Академической улице, Листвянка
Недостроенный развлекательный центр на Академической улице

Мы с Васевым выходим из «сельсовета».

Пока юрист пытается поставить здание на сигнализацию, отключается электричество.

Под порывами ветра мы ждем, когда электроснабжение восстановят.

В самом дорогом месте Байкала это обычное дело.

Муниципальный бюджет Листвянки — около 25 миллионов рублей, примерно столько же стоит одна гостиница — не растет несколько лет.

Арест

Дом, в котором живет арестованный мэр, — вполне обычный для этих мест.

— Видите мое жилье? — этими словами Шамсудинов отвечает на вопрос о том, брал ли он взятку за строительство гостиницы на участке 29Ж.

— Понимаете, в Листвянке все чуть-чуть крутые. Потому что у каждого второго тут есть знакомые из разных сфер — у кого прокурор, у кого начальник милиции. Потому что сюда все они ездят отдыхать. Поэтому тут каждый считает себя круче «Васьки косого».

За «антикитайским» бунтом стоят бизнес-интересы и снобизм местных жителей, дает понять мэр Шамсудинов.

В Листвянке есть гостиница «Мандарин», принадлежит китайцу Го Вэньбо, он же «Николай Николаевич».

На лишний этаж, которой построил китаец, — рассказывает мэр, — пожаловалась Оксана Токмакова, которая купила усадьбу напротив.

Гостиница Мандарин, Листвянка
Гостиница «Мандарин»

— У нее стало шумно, потому что постоянно толпы китайцев, большие автобусы, китайцы заглядывают к ней через забор, мнут цветы. Она недовольна. Вплоть до того, что считает, что у нее в колодце нет воды из-за того, что владелец «Мандарина» пробурил скважину. Но у него скважина 80 метров глубиной, а колодец — семь метров.

В доме у Токмаковой работал музей кукол, тоже бизнес, хотя дом и значится жилым строением, говорит мэр.

«Николай Николаевич» лишний этаж снес, музей кукол также закрыли по требованию властей.

Китайцев Шамсудинов скорее защищает:

«Нормальный турпоток — это благо». На всем побережье озера те же проблемы — благодаря коррупции или неясности законов строят неучтенные гостиницы, — говорит он.

Китайцы

Го Вэньбо стал «Николаем Николаевичем» потому что живет в России уже 20 лет: у него русская жена — Алена Борисова.

Они — крупные листвянские предприниматели.

В центре поселка стоит гостиница «Мечта Байкала».

Десять лет назад вместе с участком земли «Николай Николаевич» и Алена купили небольшой полуразвалившийся домик на берегу.

Хотели сделать там дачу, чтобы отдыхать с детьми.

В процессе ремонта домик вырос в деревянную гостиницу.

Сейчас Алена говорит, что они с мужем шли к этой мечте 15 лет.

Поэтому так и назвали — «Мечта Байкала».

Им же принадлежит и «Мандарин», у которого позже по требованию соседки снесли верхний этаж.

«Николай Николаевич» с нами не встретился — «не в России», говорит жена.

Мы сидим в ресторане при отеле, Алена пьет китайский зеленый чай.

Бум китайского туризма начался в 2014 году.

Когда Россия присоединила Крым, случились санкции, падение рубля и отток западных туристов.

Их место заняли китайцы, и так любившие приезжать на Байкал.

Экспансия была естественной, говорит Алена.

Конкуренция на рынке инвестиций в Китае очень высокая, поэтому бизнесмены из КНР повезли капитал в том числе в Иркутскую область: гостиницы, рестораны, лесной бизнес и так далее.

Туристы из Китая на побережье Байкала, Листвянка
Туристы из Китая на побережье Байкала

Однако антикитайское «сопротивление» пошатнуло бизнес.

Из-за проблем с проверяющими органами и антипатией местных «Николай Николаевич» решил свернуть часть предприятий.

— Местное население к развитию туризма не готово, — считает Алена.

Если вы приедете в Таиланд, вам будут улыбаться. Не потому, что они такие улыбчивые, а потому, что у них такие стандарты, и там туризм играет серьезную роль в экономике. Здесь же люди к туристам часто относятся не то, что не дружелюбно, а порой враждебно. Прежде всего — к китайцам.

В 2018 году турпоток из КНР упал впервые за последние годы, говорит Алена.

«Мандарин» выставлен на продажу за 35 миллионов рублей.

Причина, как утверждает хозяйка, в низкой рентабельности.

Объявления о продаже недвижимости в Листвянке
Объявления о продаже

Рядом с «Мандарином» — большой участок, 22 сотки, на них два домика.

Хозяйка, представившаяся Людмилой, собиралась продать землю «Николаю Николаевичу».

Это было еще до начала «войны».

Потом бизнесмен свое предложение отозвал — из-за начавшихся проблем с туристами.

Сейчас объявления о продаже «Мандарина» и участка Людмилы висят по соседству.

Снижать цену Людмила не хочет — все те же 7 млн рублей, до которых сторговались с Го Вэньбо.

Теперь Людмила называет себя «патриотом» и симпатизирует «сопротивлению».

Она понимает, что за 7 млн никто из местных землю скорее всего не купит.

— Отдавать за копейки не хочется, потому что по Листвянке сейчас сложилась другая цена на землю, — говорит Людмила.

О том, что такая цена «сложилась» лишь благодаря «китайской экспансии», она не вспоминает.