Bespredel.org > Общество > Объявление кровной мести в прямом эфире Инстаграмма

Объявление кровной мести в прямом эфире Инстаграмма

В Чечне есть парламент, а в парламенте спикер — Магомед Даудов.

Он любит первого президента Чеченской республики, Героя России Ахмат-Хаджи Кадырова.

А в Польше есть чеченский блогер Тумсо Абдурахманов.

Он не любит Ахмат-Хаджи Кадырова и плохо о нем отозвался.

Магомед Даудов за это объявил кровную месть Тумсо Абдурахманову.

Но это не точно.

 

Магомед Даудов (известный в широких кругах как Лорд) спикер Чеченского парламента

Абдурахманов назвал в эфире Ахмат-Хаджи Кадырова предателем чеченского народа.

Даудов записал и выложил видеобращение.

Если вкратце, то Даудов официально заявил Тумсо:

«За те слова, которые ты сказал об Ахмате-хаджи, объявляю тебе кровную месть».

Правда, дальше оговорился, что «мы не собираемся тебя убивать», но «удивительным образом повеселим».

И предупредил: «когда будешь ложиться спать, убедись, что закрыл дверь на ключ».

А когда «выйдешь на улицу, оглядывайся по сторонам».

Поскольку, если внезапно «сзади получишь пинок, имей в виду, что это не случайность».

Помните культовый фильм «Место встречи…»: «Мы тебя не больно зарежем. Чик, и ты уже на небесах».

История дошла до Кремля.

Не разучившиеся удивляться проявлениям средневековья журналисты задали вопрос пресс-секретарю президента Дмитрию Пескову.

Он традиционно не разочаровал.

Сказал, что ему не известно об этом заявлении, а в целом «вы знаете, что в правовом поле нет такого понятия, как традиция кровной мести».

И вряд ли «это может укладываться в правовое поле».

Как бы в подтверждение тезиса о правовом государстве, возник пресс-секретарь главы Чеченской республики Альви Каримов.

Он вообще заявил, что никакой кровной мести председатель парламента Чеченской республики не объявлял.
Это переводчики умышленно исказили слова Даудова.

Можно попробовать поверить — перевод-то привела «Русская служба Би-би-си».

Правда еще раньше, когда видеообращение Даудова было выложено в сеть, обсуждение его появилось на сайте «Кавказский узел».

Его пользователей сложно обвинить в незнании чеченского.

И там говорят, что «объявление кровной мести за оскорбление не соответствует традициям».

Альви Каримов утверждает, что спикер парламента Чеченской республики «совершенно справедливо и обоснованно говорит, что за клевету придется отвечать».

И вообще — это мировая практика, «когда от человека требуют ответа за клеветнические высказывания, задевающие честь и достоинство».

А кровная месть, по его словам, согласно традициям объявляется за убийство.

Хорошо.

Кровной мести нет в правовом поле, но она объявляется согласно традициям.

А пинок сзади есть в правовом поле?

А угроза «когда будешь ложиться спать, убедись, что дверь закрыл»?

А фраза Даудова «Пока во мне течет кровь, ты мой враг и враг моих братьев, и мы тебя будем искать» (в переводе журналиста «Кавказского узла») — она колосок в правовом поле, или как?

Блогер Абдурахманов уже официально испугался — заявил, что будет обращаться к властям Польши за защитой.

Странно, что не к властям России, правда?

Дмитрий Песков же сказал: «Все-таки мы живем в правовом государстве».

Или кто-то еще не верит?

Коммерсант 14.03.2019 «Завидовать будем»:

«Ты предатель, и поэтому ты стал Героем России. Ты предал наше государство, ты предал весь наш народ,— обвиняющим тоном произносит бородатый мужчина, глядя в экран смартфона.— Ты сначала был на одной стороне, сражался за наше государство, а потом перешел на другую сторону и сражался против него».

По видеосвязи на него мрачно смотрит другой молодой бородач, в какой-то момент он не выдерживает и перебивает: «Я всегда был со своим народом».

Беседующие переходят на родной чеченский, но через несколько минут в запале снова говорят по-русски.

«Басаев, Хаттаб, они плохие? Но в отличие от тебя не перешли на российскую сторону!» — «А я тебе говорил, что я хороший?»

Их спор длится два с половиной часа, а его видеозапись на YouTube собирает больше 600 тыс. просмотров — очень-очень много для полуторамиллионного народа.

Такой интерес чеченцев к разговору становится понятен, если назвать имена собеседников.

«Обвинитель» со смартфоном — блогер Тумсо Абдурахманов, скрывающийся в Польше из-за конфликта с властями Чечни.

А угрюмый бородач, внимательно выслушивающий неприятные и оскорбительные вопросы,— спикер парламента Чечни Магомед Даудов, всесильный Лорд, правая рука Рамзана Кадырова.

Самое удивительное, что это именно парламентарий позвонил своему идеологическому противнику, чтобы публично поспорить с ним о прошлом и настоящем Чечни.

И уже не в первый раз.

Потрясающая история, которую до недавнего времени не замечали за пределами Северного Кавказа.

Уже несколько месяцев министры и парламентарии одного из российских регионов ведут онлайн-дебаты, откровенности которых позавидуют Юрий Дудь и Алексей Навальный.

И с кем — с беглым блогером, салафитом, смутьяном, который к тому же находится в федеральном розыске по обвинению в поддержке запрещенного ИГ.

В общем, типичный «шайтан», как таких людей называет Рамзан Кадыров.

Обычно их потом показывают по чеченскому телевидению — в лучшем случае приносящими извинения.

Как и почему оппозиционный чеченский блогер спорит с чеченскими чиновниками

Но вот с этим «шайтаном» высокопоставленные чеченские чиновники почему-то разговаривают.

Записывают видеообращения к Тумсо Абдурахманову или даже сами звонят ему, прекрасно зная, что их дебаты обязательно будут выставлены в соцсетях.

Выслушивают оскорбления, сами с удовольствием бранят беглеца, угрожают, но все же разговаривают.

И пытаются ответить на очень-очень сложные вопросы.

Как чеченцам следует сейчас относиться к войнам девяностых?

Как называть тех, кто сначала воевал за независимую Ичкерию, а потом перешел на сторону федеральных войск?

Если убийца полковника Буданова — народный герой, то почему другие чеченцы продолжают сидеть в тюрьмах за такие же поступки?

А Шамиль Басаев тогда кто — террорист или тоже герой?

Если чеченский народ ненавидит Ельцина, то почему он сейчас хвалит Путина?

«Есть такой генерал Шаманов — он Герой России. И ты Герой России. Когда ты эту медаль надеваешь, тебе от себя не воняет?» — издевательски спрашивает на русском Тумсо Абдурахманов у Магомеда Даудова.

И тот молчит, прежде чем ответить на родном языке — по этой паузе видно, что спикер сам не раз задумывался, как же так действительно вышло.

Кстати, эти дискуссии совершенно не укладываются в черно-белую картину мира, где условные «кадыровцы» всегда плохие, поэтому любые их оппоненты обязательно должны быть ангелами.

У чеченских силовиков давно сложилась определенная репутация, вот и Магомед Даудов сам отказывается назвать себя «хорошим», но ведь Тумсо Абдурахманов не вызывает у стороннего наблюдателя ни малейшего сочувствия.

Каких бы ты ни был политических взглядов, в 2019 году невозможно всерьез симпатизировать человеку, который пафосно заявляет про «ожидание освобождения Чечни от российской оккупации» и походя укоряет собеседника, что тот не убивает российских солдат.

Наказывать за слова и мнения, разумеется, никого нельзя, но все же действительно ведь неприятный персонаж — да он и сам не ищет любви у россиян, так что мы тут квиты.

Как бы то ни было, уровень откровенности этих YouTube-дебатов совершенно непредставим на официальном телевидении — что региональном чеченском, что федеральном российском.

Зачем же тогда министр и спикер парламента сами звонят опальному блогеру и предлагают ему пообщаться перед многотысячной аудиторией?

Почему они терпят оскорбления и все-таки отвечают на его неудобные и неприятные вопросы?
Наверное, потому, что сами их не раз себе задавали.
И теперь пытаются сформулировать четкий ответ — для всего чеченского общества.

Правозащитники, пытающиеся работать в Чечне, рассказывают журналистам, что с чеченцами очень сложно говорить о войнах 1990-х.

«Когда я поднимаю эту тему, мужчины просто молча встают и выходят из комнаты,— говорила мне правозащитница.— Чеченец должен очень доверять собеседнику, чтобы говорить о том, как его лично коснулась война».

А психолог, помогавший жертвам вооруженных конфликтов, объяснял: «Война оставила в чеченском обществе серьезную травму — и ее продолжают загонять внутрь молчанием. А надо проработать, проговорить. Только после осознания травмы прошлого люди смогут жить дальше в навсегда изменившемся мире».

Видимо, такое публичное обсуждение окончательно наболевших вопросов — своего рода психотерапия для нации.

Выпуская пар, срываясь на оскорбления, чеченцы пытаются понять свое расколотое прошлое — и найти задел для общего будущего.

И пусть Магомед Даудов после очередного разговора яростно угрожает собеседнику какой-то сомнительной кровной местью — старший по возрасту министр Джамбулат Умаров все-таки признает главное для него: «Тумсо — чеченец, как и я».

Эти диалоги так же завораживают русских зрителей, как модные у столичной молодежи (и в большинстве своем запрещенные) песни барда Тимура Муцураева: понимаешь, что разговор ведется совсем не для тебя — но все же имеет к тебе отношение.

Нечеченцам вмешиваться в него бессмысленно; оставьте: это спор вайнахов между собою.

Нам остается только наблюдать.

И в чем-то даже завидовать.

Глядя на многочасовую откровенную беседу оппозиционного блогера и спикера парламента, невольно задумываешься: а вот бы Вячеслав Володин или Сергей Кириенко поступили так же.

Достали из кармана смартфон и вышли в прямой YouTube-эфир с Алексеем Навальным или Михаилом Ходорковским, чтобы подробно обсудить очень и очень длинный список наболевших вопросов.

Кто для нас Игорь Стрелков — герой или преступник?

Для чего ломать комедию на весь мир, выставляя Боширова и Петрова невиновными бизнесменами?

Зачем нужно было арестовывать известного иностранного инвестора в день открытия инвестиционного форума?

Мы вообще собираемся как-то решать с Украиной проблему Крыма?

Как будет развиваться Россия, когда Владимира Путина сменит новый президент?

Кто мы, откуда, куда мы идем?

И если уж совсем откровенно, то вопрос «Почему генерал Шаманов и Магомед Даудов оба стали Героями России?» волнует не только чеченцев.

Его наверняка задают себе российские военные, чекисты, гэрэушники — правда, пока не в открытую.

Раз мы хотим избежать еще одной внутренней войны, то и эту тему придется однажды честно обсудить.

Если чеченский спикер чувствует потребность в откровенных дебатах с местным оппозиционером, то федеральным руководителям стоит взять с него пример.

Не отмахиваться от проблем очередными пакетами запретительных законов, не рассказывать свысока сказки про какой-то особый «глубинный народ» — а честно обсудить, наконец, запутанное настоящее и совершенно непонятное будущее нашей общей страны».