Bespredel.org > Журналистские расследования > Рыбный бой

Рыбный бой

Холдинг «Норебо» начинался с мурманской компании «Карат» на берегу Кольского залива

Улов рыбы и морепродуктов, по данным Росрыболовства, в 2017 году составил 4 млн. 952 тысячи тонн.

При этом первое место в России заняла группа компаний «Норебо», чей улов составил 592 тысяч тонн, 100% группы принадлежит рыбопромышленнику Виталию Орлову, который всю жизнь занимается флотом и рыбой, не занимался политикой и не имел постов во власти.

Виталий Орлов

Второе место у группы «Русская рыбопромышленная компания» – 326 тысяч тонн, она на 90% принадлежит Глебу Франку – сыну экс-министра РФ и зятю Геннадия Тимченко, основателями и изначальными владельцами группы была семья нынешнего подмосковного губернатора Андрея Воробьева (отец которого работал вечным замминистра РФ у Сергея Шойгу).

На третье место благодаря приобретению ПАО «ПБТФ», вышло АО «Гидрострой», добавившая к своей 171 тысяче тонн (в 2015 оно выловило 150 тысяч тонн, а с 2015 по 2017 южно-курильский вылов вырос на 21 тысячу тонн) еще и 114 тысяч тонн «ПБТФ» «Гидрострой» на 100% принадлежит Александру Верховскому – уроженцу Петербурга, члену «Единой России» и сенатору Совета Федерации РФ 2010-2017 годов (интересно, что и «ПБТФ» он купил у нынешнего приморского губернатора Олега Кожемяко).

Четвертое место у ПАО «Океанрыбфлот» – 262 тысяч тонн, его основной владелец – тоже сенатор Совета Федерации РФ от «Единой России» Валерий Пономарев, еще два совладельца – тоже депутаты от «Единой России».

Пятое место у ПАО «НБАМР» – 169 тысяч тонн, его контрольным пакетом владеет семья приморского экс-губернатора Сергея Дарькина.

Как видим, Виталий Орлов, десятилетия занимаясь только рыбой и только флотом, оказался бесспорным лидером отрасли, однако он – никогда не вмешивавшийся в политику – оказался своего рода «белой вороной» среди рыбных олигархов, которые имеют к политике намного большее отношение, чем к экономике.

Неудивительно, что людей, обладающих немалым административным ресурсом никто «не трогает».

И также, пожалуй, не удивительно, что жертвой «ментовского беспредела» стал тот лидер рыбной отрасли, который не имеет никакого админресурса за плечами.

Тем более в ситуации, когда продажных полицейских неплохо мотивировал давний недоброжелатель Орлова – Александр Тугушев, в своё время пытавшийся «примазаться» к бизнесу Орлова как раз в обмен на обещание административно-политической «крыши».

Александр Тугушев

В 2003-2004 Тугушев был замглавы Росрыболовства, а в 2004-2009 отбывал тюремный срок за вымогательство и мошенничество, после чего поселился в Лондоне и теперь пытается отсудить у Орлова часть его группы компаний в Высоком суде Лондона…

Это было бы смешно, если бы отстаивать интересы Тугушева не приехал в Мурманск спецназ МВД из Москвы…

«Ты живешь в понятийно-бандитском мире! У нас не доля, не общак. У нас нормальная прозрачная компания», — возмущался Орлов после очередного требования Тугушева сделать его официальным акционером холдинга или отдать часть компаний.

Эти слова звучат на одной из записей, которые, как утверждает Тугушев, он делал во время встреч с Орловым.

Данная ситуация стала главной темой пресс-конференции 4 октября, организованной в Мурманске с участием всех местных рыбопромышленников из компаний «Мурманский траловый флот», «Альтернатива» и Союза рыбопромышленников Севера.

Во что может вылиться конфликт двух людей, один из которых посчитал, что можно попробовать отобрать активы другого?

Обыски, попытки завести уголовное дело, слежка иностранными шпионами и разбирательство в Высоком суде Лондона – это итог спора Александра Тугушева и Виталия Орлова, заявили участники пресс-конференции, которая состоялась в здании Мурманского тралового флота.

Адвокат Валерий Стадник

Тугушев обратился о нарушении его прав ещё в 2016 году, — напомнил Валерий Стадник, адвокат, – с конкретным заявлением в УБЭП. С этого периода в отношении организации проводились оперативно-разыскные мероприятия, проводились опросы и неоднократно выносились решения об отказе в возбуждении уголовного дела. Фабула была – за отсутствием события преступления.

На предложение заключить мир и прекратить конфликтовать, получив огромную сумму – 60 млн. долл., Тугушев ответил отказом, требуя 30% всей группы компаний.

Хотя к нему и к длительному процессу развития и становления холдинга, на которое было потрачено много сил, Тугушев отношения не имеет вовсе.

Да и сам же ранее во всех документах для налоговых органов и приставов собственноручно писал, что «акциями не владею».

– Для любого человека понятно, если мне кто-то должен, что делать? Одни бегут к бандитам, а нормальные и добропорядочные обращаются в суд и пытаются взыскать, — комментирует ситуацию замдиректора АО «Альтернатива» Анатолий Прокопенко, – Но человек в суд не идёт, понимая незаконность своих действий. А собирает компромат, шантаж, угрозы, потом взбросы в СМИ – это классика рейдерского захвата.

За этим последовали проверки правоохранительных органов.

Наш источник сообщил, что накануне обысков мурманское МВД посетил лично Тугушев с обещаниями хорошего куша экс-руководителю ведомства Баталову.

Но расследование провалилось – доказательств неправомерных действий попросту не было.

А дальше странность – материалы по делу перекочевали в Москву.

– Ведь тот следователь, который принял решение о возбуждении уголовного дела, ведь она также 3 раза принимала решения об отказе уголовного дела, – констатирует адвокат Валерий Стадник, – Но она его возбудила. Одновременно с подачей иска в Лондонский суд. Вот тут и совпадения. Мы делаем выводы, что в данном случае их действия – Тугушева, лиц, находящихся в Лондоне – иностранных граждан, следователя Москвы – носят согласованный характер.

Константин Древетняк

– По всей видимости, это связано с переделом бизнеса. И это люди не простые, двинуты такие силы как Лондонские суды, привезены товарищи московского спецназа изымать документы, – говорит руководитель Союза рыбопромышленников Севера Константин Древетняк.

Изъятие документов и обыски, а особенно вся террористическая манера их проведения, возмутила все рыбное сообщество Мурманской области.

Сотрудники ряда компаний, а это 300 человек, были выдворены из кабинетов буквально под дулами автоматов.

Им пришлось несколько часов стоять в коридорах без права передвигаться и общаться.

«Мне даже было стыдно за наши органы, которые в таком виде проявляют свои функции, – возмущается глава совета директоров ПАО «Мурманский траловый флот» Валерий Цуканов, – Нас собрали, забрали телефоны и порядка шести часов заставили стоять на одном месте. В такой грубой форме это и происходило».

Работники и руководство холдинга «Норебо», как и Союз рыбопромышленников Севера не исключают вероятность взброса подложных документов в ходе обысков.

Они намерены отстаивать свои права, и собираются обращаться в ФСБ, в прокуратуру и к Президенту РФ Владимиру Путину.

Кристина Зорина

Кристина Зорина, бухгалтер ПАО «Мурманский траловый флот»:

– Открывается дверь и вламывается мужчина в маске. У него в руках что-то для выламывания дверей. И в грубой форме орёт: «Всем на выход!». Мы, ничего не понимая, выходим в коридор. Также и остальных коллег вытаскивали в коридор, ничего не объясняя. Мы не знали, что это, кто это, вдруг это бандиты. Действительно, методы сродни бандитским. Вооруженные до зубов люди влетают в кабинеты с бухгалтерами, кадровиками, менеджерами. А дальше всех – как стадо – сгоняют в коридор. Нервы, признаются сотрудники компаний, которые сначала подумали, что на них напали, были на пределе.

Андрей Киселёв, первый замдиректора АО «Рыбпроминвест»:

– Парализовали работу, чувствовали себя в кабинетах как хозяева и отобрали мобильные телефоны. В то самое время, когда дети возвращались со школы и нуждались в звонке мамы или папы. В коробке, куда сгрузили девайсы, пока шёл обыск, телефоны надрывались, заставляя работников предприятий ещё больше нервничать, ведь у каждого своя семейная история: у кого-то малыши на уроках, у кого-то дома нездоровые родители.

Алексей Храменок, начальник юротдела «Рыбпроминвест»:

– Создавалась такая ситуация, что одного адвоката вытолкали, а второго не пустили, несмотря на то, что у адвоката имелся орден. На что они ссылались? Ни на что. Мы им говорили, что адвокат должен присутствовать. Никакого внятного ответа не поступило.

Как видим ситуация не из лучших, и тот рост вылова рыбы и морепродуктов, о котором рапортует глава Росрыболовства Илья Шестаков, обещающий, что «Россия вполне может превзойти 5 млн. тонн», может прекратиться и на смену вполне может придти спад в отрасли, а россияне могут не увидеть на полках магазинов достаточного количества рыбы и морепродуктов, что приведет к росту цен.

Рост цен же снизит спрос, за которым последует еще больший спад вылова…

Вот в таком замкнутом кругу может оказаться российская рыбная отрасль, если рыболовную компанию №1 в России будет и дальше кошмарить СОБР и ОМОН…

Личное подтверждение Тугушева об отсутствии у него акций

Forbes 25.09.2017 «Морской бой. Бывшие друзья, основатели крупнейшего рыбопромышленного холдинга делят бизнес»:

«…После распада СССР рыбная отрасль была приватизирована, рыбодобывающие суда достались частным лицам, швартовались в Мурманске и простаивали без работы.

Такую картину наблюдали выпускники мурманской мореходки Виталий Орлов и Александр Тугушев.

Через 20 лет приятели построили крупнейшую рыболовецкую компанию «Норебо», но потом стали врагами. Последняя встреча Орлова и Тугушева состоялась в мае 2017 года в Москве на очной ставке в кабинете следователя по УВД ЮАО.

Вне стен кабинета бывшие друзья общаются через адвокатов.

Орлов (№133 в списке Forbes, $800 млн) обвиняет Тугушева в вымогательстве, а тот утверждает, что бывший партнер похитил его долю в «Норебо».

С Орловым Тугушев подружился еще во время учебы в мореходке в конце 1980-х.

В 1993 году Орлов устроился на работу в мурманское представительство шведской фирмы Scansea.

Одним из основателей этой компании, скупавшей рыбу у российских рыбаков, был отставной офицер Магнус Рот, в 1996 году швед предложил Орлову переехать в норвежский офис Scansea.

Тугушев к тому времени основал несколько рыболовецких предприятий (одна из его компаний, «Карат», продавала рыбу той же Scansea) и одновременно работал вице-президентом крупнейшей рыболовецкой компании Северного бассейна «Мурманский траловый флот».

В 1997-м Орлов и Рот ушли из Scansea и основали в норвежском Дробаке компанию Ocean Trawlers.

Тугушева пригласили в партнерство.

По трети в капитале Ocean Trawlers получили Рот, Орлов и офшор Tiffin.

Сегодня Тугушев пытается доказать, что Tiffin представлял его интересы, а в Дробаке партнеры подписали понятийное соглашение о совместном бизнесе.

Почему Тугушев не стал официальным акционером?

Он объясняет это «требованиями времени».

Тугушев продавал Ocean Trawlers рыбу своих компаний и убеждал делать то же самое мурманских рыбаков.

«Рыбный бизнес во многом держится на личных отношениях, — рассказывает он. — Если с человеком не обсудить вопрос за одним столом, убедить его продать рыбу не получится».

Помимо хороших отношений с Тугушевым у рыбаков был и производственный интерес — Ocean Trawlers поставляла в Россию подержанные норвежские траулеры.

«В советское время отрасль была дотационной, добывающие предприятия, по сути, были операторами судов, которые для них строил Минрыбхоз, — рассказывает Валентин Балашов, предправления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна. — Когда СССР развалился, ситуация стала тяжелая — и с флотом, и с деньгами. На этом сыграли Орлов и Тугушев, когда начали поставлять рыбакам суда в обмен на рыбу».

Первое такое судно в 1998 году получила «Согра» Тугушева — это был 20-летний траулер Ole Saetermer, переименованный в «Изумруд».

Всего в Россию было поставлено 15 кораблей.

Орлов рассказывал в одном из интервью, что Ocean Trawlers позволял российским рыбакам избавиться от зависимости от рыбоперерабатывающих норвежских заводов, так как траулеры были оборудованы цехами по переработке рыбы на борту.

По словам Магнуса Рота, стоимость килограмма свежей рыбы составляла шесть норвежских крон, переработанной — уже 10–12 крон…

…Тем не менее для партнеров все складывалось наилучшим образом, они вошли в число крупнейших поставщиков белой рыбы (минтай, треска и пикша) в России.

В 2001 году российский бизнес партнеров был объединен в компанию «Альмор Атлантика», в ее капитал внесли акции «Карата», «Согры» и других предприятий Тугушева, часть из них принадлежала ему, часть была оформлена на его бывших однокурсников.

Тугушеву принадлежало 25% «Альмор Атлантики», Ocean Trawlers через «Норебо инвест» — 51%.

Между тем Тугушев готовился примерить костюм московского чиновника…

…В июле 2003 года аукционы отменили. Правительство начало разрабатывать новую систему распределения квот.

Глава Госкомрыболовства Александр Моисеев предложил Тугушеву подключиться к этой работе, и в сентябре он стал заместителем главы рыбного ведомства.

Орлов утверждал, что тогда же Тугушев продал акции «Альмор Атлантики», как того требовало законодательство.

Тугушев это отрицает и говорит, что его доля была переписана на других людей без его ведома.

«Он к тому времени стал большим чиновником, с ноги открывал дверь в кабинет Касьянова и даже не думал о том, что происходит с его акциями», — рассказывает знакомый Тугушева.

В какой-то момент в руках свежеиспеченного чиновника сконцентрировалась вся власть в рыбной отрасли — его назначили начальником комиссии, ликвидировавшей Госкомрыболовство.

Но уже в июне 2004 года Тугушева арестовали.

Заявление против него подала дальневосточная компания «Поллукс», которой Тугушев якобы обещал выделить квоты на вылов 50 000 т минтая за взятку в $3,7 млн, но получил «Поллукс» квоту только на 7000 т.

В феврале 2007 года Тугушева и его подельников признали виновными в вымогательстве и мошенничестве.

Бывший замглавы Госкомрыболовства получил шесть лет тюрьмы.

У него конфисковали земельный участок на Николиной Горе, автомобиль Audi и $400 000, обязав выплатить «Поллуксу» еще $3,63 млн.

Приговор стал шоком для Тугушева, он пытался опротестовать его прямо в зале суда.

Поглощения, долг, возвращение

В сентябре 2011 года норвежское судно береговой охраны заметило, как с рыбачившего в районе Шпицбергена в норвежских водах российского траулера спешно сбрасывают в воду улов.

Норвежская охрана взяла судно на абордаж и согнала моряков в каюту.

Рыбачившие неподалеку российские корабли пытались преградить дорогу норвежцам, но траулер отбуксировали в порт Тромсе.

Заподозренным в незаконном вылове судном был тот самый «Сапфир-2», который Ocean Trawlers поставила архангельским рыбколхозам.

К тому времени компания успела основательно испортить отношения с норвежскими властями.

В 2004 году на норвежском телеканале NRK вышел фильм-расследование «Хищные рыбаки», в нем Ocean Trawlers обвинялась в незаконном вылове рыбы и связях с русской мафией, местные налоговики начали проверять компанию.

Орлов объяснял претензии тем, что Ocean Trawlers оставила без работы норвежские предприятия.

Обвинения норвежцев не подтвердились, но Рот и Орлов решили уехать из страны.

К тому времени основным рынком сбыта стал Китай, поэтому компания сменила юрисдикцию на Гонконг, где в 2006 году зарегистрировали юрлицо Three Towns Capital.

Пока Тугушев отбывал заключение, структура бизнеса сильно усложнилась, помимо «Альмор Атлантики» появилось несколько десятков предприятий, весь российский бизнес получил название «Рыболовецкий холдинг «Карат».

Такой компанию увидел Тугушев, вышедший на свободу в декабре 2009 года.

Его возвращение в рыбный бизнес прошло гладко, он вошел в правление Союза рыбопромышленников Севера, в 2013 году его кандидатуру предложили включить в общественный совет при Pосрыболовстве.

Интересы Тугушева в бизнесе должна была представлять его дочь Алиса, осенью 2010 года на почту Тугушеву пришли документы для ее регистрации в числе акционеров компаний холдинга «Карат».

Но оформление застопорилось из-за роста компании и сделок M&A — появилась возможность купить дальневосточную компанию «Ролиз», ее контролировала семья главы Приморья Сергея Дарькина.

На покупку «Ролиза» Сбербанк предоставил кредит (по оценкам, на $50 млн), появление нового акционера в лице Алисы Тугушевой могло затянуть процесс.

«Компании в рыбном бизнесе продаются, как правило, весной, — объясняет Тугушев. — Самый урожайный период на Дальнем Востоке — минтаевая путина — длится с января по апрель. За это время собственники выжимают из компании максимальный финансовый эффект».

Оформление Алисы отошло на второй план, бизнес продолжал расширяться.

В конце 2011 года партнеры купили контрольный пакет «Мурманского тралового флота» (МТФ).

Суммарная выручка холдинга сейчас 46 млрд рублей, на МТФ приходится 22%.

У МТФ были долги, в 2011 году Минфин через суд потребовал от компании выплатить $538 млн в качестве долга за инвалютный кредит, предоставленный Россией еще в 1990-х на строительство для компании восьми судов на немецких верфях.

Тугушев говорит, что «Карат» согласился взять на себя эти обязательства.

Топ-менеджер крупной рыбной компании добавляет, что аналогичные проблемы были у дальневосточных компаний «Акрос» и «Сахалин Лизинг Флот», которые также купил «Карат».

Активная скупка «Каратом» рыбных компаний продолжалась вплоть до 2013 года.

На все приобретения холдинг потратил около $600 млн.

Большая часть суммы — кредиты Сбербанка, например, в 2012 году банк под поручительство МТФ предоставил «Карату» $205 млн.

В 2014 году после обострения отношений России с Западом и введения санкций Орлов отказался от норвежского гражданства и вернулся в Россию, хотя уже осел было в Лондоне и The Guardian называла его владельцем 39-го этажа лондонского кондоминиума St. George Wharf стоимостью £13 млн.

Понятия, суд, угрозы

«Ты живешь в понятийно-бандитском мире! У нас не доля, не общак. У нас нормальная прозрачная компания», — кипятился Орлов после очередного требования Тугушева сделать его официальным акционером холдинга или отдать часть компаний.

Эти слова звучат на одной из записей, которые, как утверждает Тугушев, он делал во время встреч с Орловым.

Оказавшись на свободе, Тугушев регулярно напоминал партнерам о понятийном соглашении, подписанном в норвежском Дробаке еще в 1997 году.

Орлов и сам до определенного момента не отрицал, что партнеру принадлежит треть в бизнесе.

С 2005 года Тугушев получил в виде дивидендов $20 млн.

Но вводить Тугушева или его дочь в состав акционеров Орлов не спешил.

С 2004 года Орлов и Рот отрицали партнерские отношения с находившимся в тюрьме Тугушевым, так как боялись испортить отношения с основным кредитором Сбербанком и контрагентами, например, «Макдоналдсом».

В 2015 году отношения между бывшими друзьями окончательно испортились.

В октябре Орлов предложил Тугушеву отказаться от притязаний на долю и признать, что в 2003 году он продал акции «Альмор Атлантики», получив за них $30 млн.

За выполнение этих условий Тугушеву, по его словам, предлагали $60 млн.

Он же хотел $350 млн или предлагал партнерам выкупить у них компанию целиком.

Спор перерос в судебное дело, в 2016 году Тугушев написал заявление в правоохранительные органы Мурманска о хищении у него акций «Альмор Атлантики».

Уже в декабре его арестовали во второй раз и отправили под домашний арест.

Поводом стало заявление Орлова о вымогательстве, к которому он приложил записи звонков: некий Муалади Джамалдаев по телефону грозил ему расправой, если он не отдаст Тугушеву долю.

В материалах этого дела утверждается, что Тугушев обещал привлечь к решению проблем с Орловым бизнесмена Илью Трабера (известного в определенных кругах как Антиквар) и зампреда правительства Чечни Адама Делимханова…»