Bespredel.org > Журналистские расследования > С решалы Дионисия Золотова, как с гуся вода!

С решалы Дионисия Золотова, как с гуся вода!

Денис Тумаркин, он же Дионисий Золотов

Довольно символично, что карьеру адвоката Денис Тумаркин начал в то время, когда в стране было объявлено о комплексе мер, связанных с усилением правоохранительной системы.

Избранный в 2000 году президентом Владимир Путин, хотя и воспринимался элитами как выразитель их интересов, почти сразу начал реализовывать собственную политику.

Ее главным инструментом должна была стать силовая вертикаль, формировать которую пришлось фактически в условиях боевых действий: различные подразделения МВД около полугода наносили удары по членам и без того небольшой команды нового главы государства.

Даже первый президентский указ — о назначении председателем Мосгорсуда Ольги Егоровой — встретил сопротивление в Высшей квалификационной коллегии судей.

В конце концов к 2002 году правоохранительный блок был приведен к общему знаменателю и вскоре ударил по крупным финансово-промышленным группам — все началось с уголовного преследования акционеров и топ-менеджеров нефтяной компании «ЮКОС».

Это дело было, пожалуй, первой обкаткой силовой вертикали, хотя бы потому, что благодаря масштабу дела в сборе доказательств вины поучаствовал едва ли не каждый оперативник и следователь — от районного следственного отдела МВД до Следственного комитета при Генпрокуратуре.

В итоге правоохранители получили широкие полномочия, которые выражались главным образом в вольном правоприменении: теперь для производства обыска, изъятия документов и ареста счетов достаточным оказался не комплекс доказательств, а относительно достоверная оперативная информация.

А надзорные и судебные органы, до того довольно въедливо изучавшие материалы следствия, стали все более активно поддерживать обвинительную линию.

Методика же работы оперативных и следственных органов, которые вели «дело ЮКОСа», распространилась и на другие коммерческие предприятия.

Повсеместная волна заказных проверок и уголовных дел выглядела явлением диким, но была неизбежна — правоохранители уже не могли перестроиться.

И тут в цепочке между заказчиком и исполнителем уголовного дела появилась новая ниша — посредник.

Тот, кто мог бы балансировать между задачами одной стороны и запросами другой.

Возникли подобные «специалисты» поначалу в среде адвокатов, для которых регулярное взаимодействие с коммерсантами и силовиками было служебной обязанностью.

В адвокатском сообществе появилась целая категория тех, чья репутация измерялась не выигранными судебными процессами и не знанием уголовно-процессуального права, а тесными связями с милицейскими и прокурорскими генералами.

Рынок «решения вопросов» формировался одновременно на федеральном и региональном уровне.

Денис Тумаркин начинал с самых низов столичной милиции.

Первое дело

Ранним утром 17 сентября 2001 года на территорию склада временного хранения «Терминал-Премьер» в подмосковной Лобне въехал грузовой автомобиль, перевозивший из Санкт-Петербурга китайские гербициды.

К водителю грузовика подошел сотрудник таможенной службы (о чем свидетельствовало фирменное обмундирование), представился и потребовал предъявить документы на товар.

Выяснив стоимость груза (3,5 млн рублей), водителю объявили о проводимой в таможенном терминале проверке, рекомендовав отвезти товар на один из складов в московском районе Митино.

Почти сразу подошли и представители фирмы-грузополучателя с экспедитором, вызвавшиеся сопровождать автомобиль.

Водитель сел в машину и отправился на север столицы.

На митинском складе группу встречал Денис Тумаркин, представившийся заместителем директора фирмы-грузополучателя.

Он сильно переживал из-за возникшей волокиты и потребовал от водителя товаросопроводительные документы, в итоге распорядился: везти груз в Красногорский район московской области — для перегрузки содержимого в другой автомобиль.

На следующий день с водителем связались настоящие владельцы груза, не обнаружившие на лобнинском складе приобретенные гербициды.

Через пару месяцев группа, в которую помимо Дениса Тумаркина входили еще по меньшей мере шесть человек, повторит этот трюк с партией немецкого оптического оборудования, которую будет везти водитель из Польши по фамилии Бенек.

А для того, чтобы выгрузить оборудование на сумму около 40 млн рублей, они даже попросят охранника склада привлечь солдат-срочников.

«Тумаркин руководил перегрузкой, а его соучастники напоили Бенека спиртными напитками, в результате чего тот уснул», — напишет затем в своем обвинительном заключении следователь московской прокуратуры.

В течение года группа аналогичным образом перегрузит электробытовую технику, американские сканеры и мониторы, финские кондиционеры…

В сентябре 2002 года Денис Тумаркин, обладавший характерной внешностью, был опознан несколькими водителями, которые помогли составить его фоторобот.

Задержание на Минском шоссе оперативники Московского уголовного розыска производили совместно с сотрудниками ГИБДД.

К тому моменту задержанный уже работал адвокатом в коллегии адвокатов «Фемида-Групп», куда трудоустроился благодаря диплому Московского нового юридического института (МНЮИ).

В ходе расследования уголовного дела о групповом разбое следователи ГУВД Москвы обнаружили признаки фальсификации диплома о высшем образовании и возбудили новое дело — о подделке документов.

Выступая в Нагатинском районном суде Москвы, Тумаркин признал вину в хищении импортируемых в Россию товаров, но не в подделке диплома МНЮИ — юридическим образованием он гордился.

«Я готов обличить других участников преступлений, но только после их задержания, поскольку опасаюсь физического воздействия на членов моей семьи», — добавил юрист, призывая суд к гуманному приговору.

Несмотря на обвинения в серии разбойных нападений, Нагатинский районный суд признал Тумаркина виновным лишь в хищении перевозившихся дальнобойщиками товаров.

«Тумаркин в суде заявил, что все осознал, глубоко раскаивается в содеянном и просит его строго не наказывать, так как он готов принять все меры к возмещению ущерба и оказать содействие в изобличении других участников группы при их задержании», — следует из постановления суда, в итоге приговорившего юриста к 3 годам лишения свободы.

Через год Тумаркин досрочно освободился из исправительной колонии Республики Удмуртия (ИК-6 ЛЮГА), еще год потребовался для снятия судимости.

«Тумаркин после освобождения зарекомендовал себя только с положительной стороны, не допускал нарушений общественного порядка, исключительно положительно характеризуется по месту жительства и работы, своим примерным поведением после отбытия наказания доказал свое полное исправление», — следовало из постановления все того же Нагатинского суда.

Незадолго до этого в прокуратуру Москвы поступило заявление председателя правления Москомприватбанка, в котором тот просил привлечь Тумаркина к уголовной ответственности за хищение кредитных средств банка на сумму более 1,3 млн долларов.

Ставки повышаются

Летом 2007 года в Главном следственном управлении (ГСУ) ГУВД Москвы было возбуждено уголовное дело об уклонении от уплаты налогов руководством строительной компании «ДКН».

Оперативное сопровождение расследования осуществляли работники управления по налоговым преступлениям (УНП) ГУВД, которые уже осенью установили, что ДКН использует для вывода денежных средств из безналичного оборота шесть фирм-однодневок.

На основании рапорта налоговых полицейских следствие произвело обыски в квартирах предполагаемых обнальщиков, по результатам которых изъяло печати, бухгалтерские документы и компьютерные жесткие диски.

Когда на горизонте замаячил арест, один из владельцев фирм обратился за помощью к своему знакомому — оперуполномоченному из отдела экономической безопасности (ОЭБ) УВД по ЦАО по Москве. Тот организовал ему несколько встреч с коллегами, которые убедили предпринимателя в серьезности сложившейся ситуации, а затем отвез к своему знакомому адвокату Денису Тумаркину.

Денис Тумаркин

Тумаркин, представившийся адвокатом с обширными связями в столичной милиции, внимательно выслушал гостя, сделал несколько звонков и объявил, что за 40 млн рублей договорится с начальством ГСУ ГУВД Москвы и УНП ГУВД Москвы прекратить уголовное дело и вернуть изъятые вещдоки.

«Тумаркин сказал, что ситуация для меня может быть очень серьезной и что мне лучше какое-то время пожить в гостинице, произнеся фразу «лучше плохо прятаться, чем хорошо сидеть», — позже расскажет коммерсант на допросе, объясняя свое согласие передать требуемую сумму.

Не почувствовав изменений в уголовном деле, бизнесмен и его партнер договорились совместными усилиями вернуть деньги.

Один из них назначил адвокату встречу в гостинице «Украина», предварительно заручившись поддержкой знакомого из Чечни, работавшего в частном охранном предприятии и оказывавшего коллекторские услуги.

Но на встрече все пошло не по плану: Тумаркин накричал на бизнесмена, разбил стакан с водой и потребовал еще 12 млн рублей за свою работу, а в противном случае обещал «посадить» нерадивого клиента.

Коллекторы же, привлеченные бизнесменом, рекомендовали ему заплатить, обещая проконтролировать исполнение Тумаркиным своих обязательств.

Адвокату был передан второй транш, после чего бизнесмены провели с ним еще несколько встреч, записывая переговоры на диктофон.

На одной из них, как следует из расшифровки переговоров, Тумаркин возмутился привлечением коллекторов с Северного Кавказа:

«Он дурак, он везет ко мне чеченцев, которым я помогаю…»

В ходе разговора о прекращении уголовного преследования адвокат постоянно хватался за телефон, принимая звонки то от тогдашнего начальника УВД по ЗАО Алексея Лаушкина, то от главы ГСУ ГУВД Москвы Ивана Глухова.

Однажды он якобы даже заставил ждать на линии начальника службы безопасности президента Виктора Золотова.

Сидевший напротив бизнесмен, похоже, верил в происходящее…

Вскоре на него вышел реальный представитель следствия, объяснив, что Денис Тумаркин полученные деньги присвоил, и предложил помочь с прекращением дела за 1,5 млн долларов.

Тогда предприниматели обратились в Департамент собственной безопасности (ДСБ) МВД, по инструкции оперативников которого провели несколько контрольных встреч.

При передаче денег посредник был задержан, особисты МВД взяли и оперуполномоченного УНП ГУВД Москвы.

Также под обвинением оказался и сотрудник ОЭБ УВД по ЦАО, когда-то познакомивший коммерсантов с Денисом Тумаркиным.

«Я рассчитывал, что он заплатит мне комиссию за посредничество, но он и меня обманул», — сокрушался в ходе допроса оперативник по поводу действий товарища-адвоката, который к моменту первых арестов уже улетел в Израиль.

Один из потерпевших коммерсантов позже обратится с заявлением в прокуратуру ЮАО Москвы:

«Я неоднократно указывал на коррупционные связи Тумаркина в правоохранительных органах, однако никакой реакции не последовало <…> От его действий пострадал не один я: сначала он похищал грузовые фуры с таможенных терминалов, потом, выдавая себя за сотрудника ФСБ, похитил квартиру у гр-на Ярошевского А.В., потом похищает квартиру и автомобиль у гр-ки Матвеевой О., представляясь заместителем прокурора ЮЗАО Москвы… Ему все сходит с рук!»

Дело все-таки возбудили.

Дионисий Золотов: смена личности

12 марта 2013 года в сводках ГУ МВД по Москве было зарегистрировано сообщение:

«В 16.00 сотрудниками 5-го ОРЧ ОУР УВД по САО Твердохлебом, Руденко у дома 24 по ул. Беговой задержан Тумаркин Денис Владимирович (Шапиро Дан), 10.06.1977 г.р., уроженец г. Москвы, находящийся в международном розыске по линии НЦБ Интерпола, за совершение преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 4 УК России. Инициатор розыска — ГСУ СК России по г. Москве. <…> Мера пресечения — арест. Передан инициатору розыска».

Для Дениса Тумаркина, кажется, это задержание не стало сюрпризом: прежде чем вылететь из Тель-Авива, он договорился с потерпевшими о возмещении ущерба и получил гарантии о рассмотрении своего дела в особом порядке.

Выступая в Никулинском районном суде Москвы, Тумаркин в очередной раз раскаялся в содеянном и пообещал исправиться.

Суд поверил — и приговорил адвоката к условному сроку.

Но чуда не случилось: осенью Денис Тумаркин основал международную группу юридических компаний «Защита», под эгидой которой деятельность по «решению вопросов» возобновилась.

На этот раз, правда, Тумаркин отлично подготовился: снял помещение в Западном округе столицы, которое в результате дорогостоящего ремонта превратилось в престижный офис с просторной переговорной, оборудованной современными средствами скрытого аудио- и видеонаблюдения, — для записи встреч с бизнесменами и полицейскими.

Первым крупным клиентом юридических компаний стал немецкий предприниматель Юрий Судгаймер, владелец кировских предприятий по заготовке и переработке леса, который искал помощи в наказании своего партнера за хищение с предприятий 40 млн долларов.

Через пару лет Судгаймер станет ключевым свидетелем в деле о коррупции губернатора Кировской области Никиты Белых, но прежде чем понести деньги чиновнику под контролем оперативников ФСБ, он на протяжении полугода добивался расследования хищений своих миллионов в Кировской области.

На состоятельного немца Тумаркин сразу произвел впечатление — повез в следственную часть УВД ЗАО, где следователь моментально вынес постановление о возбуждении уголовного дела.

Правда, как впоследствии признается сам Судгаймер, в заявлении о преступлении пришлось изменить место соглашения об инвестициях в Кировскую область: договоренность была достигнута в Швейцарии, но с легкой руки следователя в постановлении указали ТРЦ «Времена года» — чтобы у полицейских Западного округа столицы имелись основания для начала расследования.

Пока немецкий бизнесмен ожидал первых результатов расследования, Тумаркин встретился с его российским партнером и договорился привлечь и Судгаймера к уголовной ответственности.

Затем инициировал встречу между конфликтующими сторонами, которая завершилась задержанием немецкого бизнесмена при участии бойцов СОБРа.

Эта операция проходила в рамках проверки заявления о вымогательстве, поданном российским партнером немца по рекомендации Дениса Тумаркина в ГУ МВД по ЦФО (это подразделение сопровождало дело о прежнем мошенничестве Тумаркина).

Наутро Судгаймера отпустили.

«Тумаркин рекомендовал мне срочно улетать из России. Настаивал на Израиле, где у него имелись знакомые, которые будут меня оберегать. Но я полетел в Европу», — рассказывал затем Судгаймер.

Вскоре немецкий предприниматель перевел со своего швейцарского счета в Credite Swiss 10 млн долларов на счет российской компании, открытый в тульском филиале Сбербанка, — это стало платой за безопасное возвращение Судгаймера в Москву.

Бизнесмен впоследствии обращался в Следственный комитет с заявлением о привлечении Тумаркина к уголовной ответственности, но ничего не добился.

А Денис Тумаркин тем времен успел получить паспорт на имя Дионисия Золотова и почти сразу провернул аферу с застройщиком многоквартирного жилого дома в Сергиевом Посаде Виктором Круликовским.

Виктор Круликовский

«Я строил жилой дом, уже было потрачено более 900 млн рублей, но в какой-то момент работники прокуратуры [в ходе проверки] пришли к выводу, что угол возводимого дома на 10–15 метров попадает в охранную зону архитектурного ансамбля Троице-Сергиевой лавры… В октябре я встретился с Золотовым в его офисе. В ходе разговора он заверил меня, что с его стороны будет предоставлена квалифицированная юридическая поддержка в решении всех вопросов, а также сообщил, что является племянником Главнокомандующего внутренними войсками МВД России генерал-полковника Золотова Виктора Васильевича. Он внушил мне доверие, между нашими компаниями был заключен договор на оказание юридических услуг», — рассказывал позже Круликовский.

ЖК «Виктория Парк» в Сергиевом Посаде 

Как только подмосковный строитель начал работать с группой компаний «Защита», в СУ УМВД России по Сергиево-Посадскому району было возбуждено уголовное дело о покушении на мошенничество, в орбиту которого должен был попасть Круликовский.

Золотов, как рассказывал бизнесмен, незамедлительно провел совещание, на котором сообщил о «группе влиятельных лиц, которые намеренно парализуют строительство в целях рейдерского захвата компании».

«Для предотвращения этого и в целях нашей личной безопасности Золотов предложил мне и дочери незамедлительно покинуть пределы страны, поселиться в Израиле, у него там якобы была поддержка. Ситуация была представлена таким образом, что нас могут задержать в любой момент, поэтому надо подумать и, может быть, даже не возвращаться в Сергиев Посад. Также он рекомендовал временно переоформить доли в компании на его людей — опять же в целях нашей безопасности. Все услышанное повергло нас в шок… Я сказал, что никуда не поеду, ни я, ни дочь передавать компанию указанным им лицам не будем, к нотариусу не поедем. Он сказал, что меня посадят. Я ответил, что пусть сажают, он мне даст адвокатов, я буду бороться. Тогда он сказал, что будет думать и искать другие пути решения проблемы», — говорил Круликовский.

Альтернатива нашлась буквально на следующий день: Денис Тумаркин (Дионисий Золотов) сообщил, что договорился о прекращении уголовного преследования за 150 млн рублей.

«Практически сразу после достижения соглашения ситуация действительно стала меняться. В апреле [2014 года] в Сергиев Посад приезжал начальник ГУ МВД по Московской области генерал-майор полиции Пауков. На встречу с ним были приглашены более 500 человек, в том числе дольщики, сотрудники нашей компании, руководители района и города, руководители УМВД по Сергиево-Посадскому муниципальному району, а также других силовых структур. В ходе данной встречи Пауков на вопросы дольщиков ответил, в ходе проверки установлено, что на объекте строительства никаких нарушений закона не выявлено и «кошмарить» бизнес больше никто не будет».

150 млн рублей были перечислены Круликовским все в тот же тульский филиал Сбербанка — на счет представленной Тумаркиным (Золотовым) компании.

Через полгода бизнесмен узнает о задержании своего защитника оперативниками ФСБ и сам обратится с заявлением.

«Лефортово» — жертва генералов

В августе 2014 года Дионисий Золотов был задержан оперативниками 3-й службы УСБ ФСБ, осуществляющей контрразведывательное обеспечение региональных управлений спецслужбы.

Поводом послужила попавшая в УСБ ФСБ видеозапись встречи Тумаркина (Золотова) с замначальника следственной части УВД ЮАО по Москве, согласно которой юрист договаривался о снятии запрета на регистрационные действия с земельного участка, арестованного в рамках уголовного дела.

Новость об аресте Тумаркина (Золотова) всколыхнула сразу несколько окружных управлений внутренних дел Москвы: благодаря полученным материалам десятки офицеров полиции выстроились в очередь к оперативникам УСБ ФСБ, чтобы подписать соглашения о конфиденциальном сотрудничестве.

Несколько месяцев Дионисий Золотов, помещенный в СИЗО «Лефортово», отказывался от дачи показаний.

Молчание юриста было понятно: прежде ему приходилось приносить в жертву правоохранителей среднего звена, но на этот раз особисты Лубянки ждали от него показаний на начальника УВД по ЗАО генерала Владимира Рожкова.

Когда Тумаркин (Золотов) наконец согласился изобличить генерала, ГСУ СКР поддержало ходатайство юриста о заключении досудебного соглашения с Генпрокуратурой.

Так выяснилось, что почти все руководство полиции Западного округа находилось на довольствии у Тумаркина (Золотова), который не только привозил им наличные, но и оплачивал ремонт квартир, дарил дорогие машины.

Почему чекисты обратили внимание на Рожкова, стало понятно лишь в прошлом году, когда собранные оперативные материалы были использованы в качестве формального основания для увольнения начальника ГУ МВД по Москве Анатолия Якунина.

В итоге благодаря досудебному соглашению Тверской районный суд Москвы приговорил Тумаркина (Золотова) к 6 годам колонии.

Но не успел приговор вступить в законную силу, как следственное управление (СУ) ФСБ возбудило новое уголовное дело — о хищении Тумаркиным (Золотовым) 150 млн рублей у того самого подмосковного строителя Виктора Круликовского.

Основными доказательствами вины юриста стала видеозапись, сделанная в переговорной комнате офиса группы «Защита».

Примечательно, что из этого дела в отдельное производство были выделены материалы о незаконной банковской деятельности, которую осуществляли знакомые  Тумаркина (Золотова), регистрировавшие компании и открывавшие счета в тульском филиале Сбербанка для получения на них безналичных платежей за «решение вопросов».

Так выяснилось, что всего за три года на счета фирм-однодневок поступило около 4 млрд рублей.

Тумаркин (Золотов) заключил новое досудебное соглашение и попросил рассмотреть дело в особом порядке.

Подмосковный строитель Виктор Круликовский не стал возражать, получив гарантии от офицеров УСБ ФСБ в том, что обвиняемый возместит ущерб.

Весной Никулинский районный суд приговорил юриста к шести месяцам колонии.

Ущерб перед Круликовским он так и не возместил.

«Водник»: смерть топ-менеджера

СИЗО «Водник»

Следственный изолятор «Лефортово» не зря считается самым суровым — тесные камеры, конвоирование по пустым коридорам, одиночные прогулки и полное отсутствие связи с внешним миром призваны надломить волю любого человека.

После «Лефортово», как признаются арестанты, любая российская тюрьма может показаться санаторием.

Для Тумаркина (Золотова) таким санаторием стал следственный изолятор «Водник» (СИЗО-5), куда он был этапирован незадолго до последнего приговора и где смог вернуться к привычной деятельности по «решению вопросов».

Для этого, надо заметить, были созданы все необходимые условия: Денис Тумаркин (Дионисий Золотов) получил право фактически беспрепятственно и без ограничений во времени перемещаться по изолятору.

Большую часть времени он проводил в оперативной части ФСИН и в кабинетах для следственных действий и свиданий, где общался с другими арестантами и их адвокатами.

Его просторная камера, где отсутствовали средства видеоконтроля, заполнилась арестованными коллекторами и охранниками, вместе с которыми Тумаркин (Золотов) предлагал состоятельным бизнесменам, чиновникам и банкирам урегулировать проблемы с их уголовными делами.

И, видимо, благодаря работникам оперчасти изолятора, постоянно контактировавшим с заключенными, у обитателей «Водника» стало возникать устойчивое ощущение в силе их соседа.

Словом, как мне кажется, сотрудники ФСИН делали все то же, что и столичные полицейские еще пару лет назад…

Для того чтобы формализовать деловые отношения, клиенты Тумаркина (Золотова) заключали соглашение с его адвокатом Александром Малофеевым, в 2010 году сменившим службу в правоохранительных органах на работу в коллегии адвокатов «Фемида-Групп».

В марте 2017 года новым клиентом адвоката стал исполнительный директор по контролю качества «Роскосмоса» Владимир Евдокимов, которого поместили в «Водник» по обвинению в участии в схеме по хищению имущественного комплекса ракетостроительной корпорации «МиГ».

Владимир Евдокимов

Благодаря переводу в камеру к Тумаркину (Золотову) у топ-менеджера госкорпорации заметно улучшилась жизнь: появились телефон, виски и даже сигары.

Вскоре Евдокимов попросил супругу Валентину Ракитину, которая и перечисляла деньги на маленькие радости жизни в СИЗО, собрать 50 млн рублей — для скорого освобождения и прекращения уголовного преследования.

В качестве гаранта «решения вопроса», пояснял жене Евдокимов, выступал «смотрящий» за камерой по имени Дионисий — человек уважаемый и влиятельный.

Ракитина после непродолжительных споров деньги собрала и, следуя телефонной инструкции адвоката Тумаркина (Золотова) Александра Малофеева, заложила в ячейку на Казанском вокзале.

Вскоре она отвезла туда же еще 30 млн рублей.

Но Владимир Евдокимов со ссылкой на Дионисия сообщил, что при решении вопроса не был заложен интерес сотрудников ФСБ, из-за чего те готовились организовать топ-менеджеру этап в «Лефортово».

27 марта, со слов Валентины Ракитиной, муж позвонил ей, со ссылкой на того же Дионисия, и приказал срочно прибраться в квартире: якобы посредник задержан и теперь она может быть привлечена в качестве обвиняемой в даче взятки.

Наутро Евдокимов был найден мертвым в туалете камеры.

Следственный комитет не найдет в этой смерти признаков убийства…

«Матросская Тишина»: война с правозащитниками

В апреле 2017 года Валентина Ракитина обратилась с заявлением в Управление «М» ФСБ (контрразведывательное обеспечение правоохранительной системы) в отношении лиц, обманным путем похитивших у нее 80 млн рублей.

В уголовном деле, вскоре возбужденном в ГСУ СКР по Москве, появились обвиняемые — Денис Тумаркин (Дионисий Золотов) и его адвокат Александр Малофеев.

Из следственного изолятора «Водник» обоих перевели в спецблок «Матросской Тишины» (СИЗО-99/1), который оперативно обслуживает все то же Управление «М» ФСБ.

Отныне Тумаркин находился под контролем подразделения Лубянки, по сути, перехватившего арестанта у 3-й службы УСБ ФСБ…

Благодаря показаниям Тумаркина (Золотова) чекистам удалось зачистить весь оперативный аппарат ФСИН в «Воднике»: начальник изолятора подал в отставку, ряд его подчиненных были обвинены в халатности или получили взыскания.

Затем Тумаркина (Золотова) перевели из спецблока «Матросской Тишины», вернули мобильный телефон и прежнее влияние — он снова беспрепятственно перемещался по изолятору и проводил время в оперчасти, только уже с новыми кураторами.

Как раз в это время к Тумаркину (Золотову) все чаще стал наведываться член московской Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Денис Набиуллин.

В какой-то момент общение стало настолько тесным, что могло показаться, будто между ними возникли приятельские отношения — они не только обменивались информацией о проблемных заключенных, но и болтали на отвлеченные темы.

Денис Набиуллин

Однажды правозащитник по пути к Тумаркину (Золотову) заглянул в больницу «Матросской Тишины», где познакомился с Ильдаром Клеблеевым — московским финансистом, обвиняемым в мошенничестве в отношении руководства банка «Агросоюз».

В больницу изолятора банкир, инвалид второй группы, был переведен в связи с болезнью сосудов головного мозга.

Этот диагноз входит в правительственный перечень заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, однако для его подтверждения требуется медицинское освидетельствование в государственной клинике, куда заключенного могут направить только по решению руководства следственного изолятора.

Руководство «Матросской Тишины» Клеблееву в освидетельствовании неоднократно отказывало, о чем он рассказал правозащитнику Набиуллину.

Далее член ОНК отправился к Тумаркину (Золотову), а затем вернулся к банкиру с предложением «решить вопрос» с руководством изолятора за 500 тысяч долларов.

Клеблеев посоветовался с Тумаркиным (Золотовым), после чего к финансисту пришли сотрудники оперчасти СИЗО и Управления «М» ФСБ с предложением написать заявление о мошенничестве и поучаствовать в оперативном эксперименте.

В ноябре Клеблеев под контролем чекистов провел переговоры с правозащитником в кабинете для свиданий, по результатам которых согласился организовать передачу требуемой суммы.

Встречу Набиуллин назначил прямо напротив главного здания ФСБ, в кафе «Гранд Кофемания», где даже некоторая посуда «заряжена» микрофонами.

При передаче денег правозащитник был задержан.

На вопрос, для чего предназначались полученные деньги, правозащитник ответил: «Взял на хранение для Дионисия Золотова…»

По иронии судьбы (и по решению суда) Набиуллин был помещен в ту же «Матросскую Тишину» — по соседству с потерпевшим Клеблеевым и свидетелем Тумаркиным (Золотовым).

В ходе расследования этого уголовного дела было установлено, что за посещение некоторых заключенных те перечисляли по 100 тысяч рублей на счет благотворительного фонда «Дисмас», учрежденного правозащитником.

После того как между Набиуллиным и Тумаркиным (Золотовым) завязалось плотное общение в «Матросской Тишине», количество переводов увеличилось в разы…

Буквально через пару недель член московской ОНК и журналист Ева Меркачева посетила блок «Матросской Тишины», где располагалась камера Дениса Тумаркина (Дионисия Золотова).

По результатам этой встречи в «Московском комсомольце» был опубликован репортаж, в котором журналист рассказала о существующих в изоляторе VIP-камерах для привилегированных заключенных.

«Камера № 275. Вау! Так уж получилось, что недавно я побывала в шведской женской тюрьме и поражалась ее помещениям. Но они меркнут перед этой! Тут можно в футбол гонять! Два больших окна. На стене огромный телевизор, рядом модный пульт. Шикарный холодильник «Индезит» забит деликатесами. Кровати (две совершенно пустые) застелены белоснежным бельем. Кругом красивые полочки для удобства. На одной стоят стильные банки для самых разных специй (на каждой сверху аккуратненькая миленькая ложечка) и вообще много такого, чего не всегда найдешь даже у обеспеченной хозяйки на кухне. Туалет с включающейся вытяжкой, с подвесным унитазом (стоит от 30 до 50 тысяч рублей), с красивым шкафчиком. Такой туалет я видела только в отелях не ниже уровня «четырех звезд», — так в репортаже описывалась камера, в которой жил Денис Тумаркин (Дионисий Золотов), оплативший ремонт целого этажа блока изолятора.

Публикация «Московского комсомольца» вызвала резонанс: прокуратура нагрянула в изолятор с проверкой, комментировать наличие VIP-камеры пришлось руководству ФСИН.

По результатам служебной проверки начальство «Матросской Тишины» было уволено, а в качестве популярной меры VIP-сидельцев и обычных арестантов на время поменяли местами.

Так банкиры и бизнесмены узнали о существовании блока «Тубунар» — полуподвальных помещений с голой землей вместо пола, где когда-то содержались больные туберкулезом.

Впрочем, когда градус обсуждений снизился, жизнь в «Матросской Тишине» вернулась на круги своя.

А весной Денис Тумаркин (Дионисий Золотов) заключил очередное досудебное соглашение, в рамках которого частично признал злокозненность своих действий в отношении Евдокимова, однако основную вину возложил на адвоката Александра Малофеева, который якобы и организовал всю аферу.

Последний своей вины не признал.

Разрушить сделку Тумаркина (Золотова) со следствием могла потерпевшая Валентина Ракитина, но как раз в то время, когда решался вопрос о досудебном соглашении, в ГСУ СКР в отношении нее было возбуждено уголовное дело по признакам посредничества во взяточничестве — за передачу тех самых 80 млн рублей.

Генпрокуратура это постановление отменила — и Золотов беспрепятственно заключил досудебное соглашение.

Приговор

На прошлой неделе дело Тумаркина (Золотова) было рассмотрено Мещанским районным судом в особом порядке — без изучения доказательств и допроса адвоката Малофеева, потерпевшей Ракитиной и сокамерников Владимира Евдокимова…

Суд поддержал позицию московской прокуратуры, требовавшей приговорить Золотова к 3,5 года лишения свободы, и путем частичного сложения вынес окончательный приговор — 7,5 года.

Дионисий Золотов в суде 9 августа

Таким образом, к прежнему сроку Дионисия Золотова был добавлен всего год.

Но главное — суд приговорил Золотова к отбыванию наказания в колонии общего режима, что позволяет зачесть отбытый им срок по принципу «год за полтора» в связи с вступлением в июле прошлого года нового закона.

Здесь — коллизия: дело в том, что в случае совершения общего рецидива судом может применяться правило изменения режима отбывания наказания на строгий.

Однако Мещанский суд, как и другие столичные суды прежде, встал на сторону обвиняемого.

С учетом же того, что Тумаркин (Золотов) провел в заключении больше четырех лет и отбыть ему осталось всего полтора года, уже сейчас он имеет право ходатайствовать об условно-досрочном освобождении.

Дионисий Золотов в суде 9 августа

Вот, собственно, и все.

Бывший адвокат Тумаркин (Золотов) продемонстрировал всем правоведам, как надо эффективно защищать собственные права.

Не ссориться со следователями, не привлекать прессу и правозащитников (разве что к уголовной ответственности), не объявлять голодовку, не жаловаться в ЕСПЧ и не писать президенту…

Начав однажды сотрудничать с системой, Тумаркин (Золотов) не просто стал ее неотъемлемой частью — на собственном примере он показал, как с ней сосуществовать в условиях постоянных перемен.

Менялись полковники и генералы, создавались новые ведомства и упразднялись старые — оставался только Тумаркин (Золотов).

Меняя имена и легенду, он не изменял принципу, ставшему основой его выживания: ты нужен системе, если обладаешь информацией и деньгами.

Для их получения он постоянно рисковал, выработав в итоге уникальную способность — он видел «источник силы».

Наивные офицеры столичной полиции думали, что превращали Тумаркина (Золотова) из объекта оперативной разработки в объект своего заработка, а в действительности сами становились его активом в будущей сделке.

И вслед за полицией эту ошибку совершили чекисты: сначала из 3-й службы УСБ ФСБ, которым Тумаркин (Золотов) помог свалить руководство столичного главка полиции, а потом и из Управления «М» ФСБ.

В том, что последние узнают истинную цену этого сотрудничества, нет никаких сомнений.

Тем более что уже сейчас они, похоже, находятся в зоне внимания коллег: в конце июня текущего года оперативники 6-й службы УСБ ФСБ задержали двух офицеров Управления «М», которые курировали деятельность ФСИН и оперативно обслуживали спецблок «Матросской Тишины».