Bespredel.org > Журналистские расследования > Бенефициары помойки

Бенефициары помойки

Владельцы полигона «Ядрово» давно работают на рынке сбора отходов не только в Московской области, но и в других регионах России.

Некоторые из них начинали свою деятельность с утилизации бронетанковой техники Министерства обороны.

А сегодня среди клиентов «помойки» (как называют полигон в Волоколамске) — не только муниципальные власти различных районов Московской области, но и, к примеру, «Автобаза № 2» Управления делами президента, которая занимается транспортным обслуживанием высших органов государственной власти России.

Полигон «Ядрово» на 25% принадлежит муниципальным властям Волоколамского района, а на 75% — фирме «ЦМПТ» из Москвы.

Она же с 2013 года владеет и землей, на которой расположен полигон.

Компания «ЦМПТ» принадлежит четырем владельцам: Александру Антоновичу, Алексею Волошину, Анне Конопко и Виктору Кошкину (у каждого по 25%).

До скандала с отравлением детей в Волоколамске об этих людях, — по крайней мере на федеральном уровне, — ничего не было слышно.

Пожалуй, самый публичный из четверки — Алексей Волошин.

У него есть аккаунт в фейсбуке, где указано, что он окончил МГИМО.

Видимо, поэтому тема международных отношений так близка Волошину: он активно комментирует в соцсети новости с Украины или из США.

«Из МакКейна могли в плену сделать Мак Машу или Мак Керри. Отсюда ГЛУБООКАЯ ОБИДА», — шутил Волошин по поводу американского сенатора.

«Майдан будет СТОЯТЬ сказал Кличко после назначения мэром. Как-то плохо он у тебя стоит, Виталик» — так, на его взгляд, шутливо бывший выпускник МГИМО комментировал высказывания мэра Киева.

Судя по другим записям в фейсбуке, Алексей Волошин, один из бенефициаров «помойки», — яростный обличитель Запада и Украины и патриот России.

Утилизатор бронетанковой техники

По данным реестра компаний России, Волошин пришел в бизнес, связанный с мусором, как минимум 15 лет назад.

К примеру, ему в начале 2000-х принадлежала «Компания Консоил», которая владела предприятиями по сбору и обработке отходов в Воронеже, Москве, Хабаровске.

Ранее «Компания Консоил» упоминалась и в отчете Счетной палаты за 2000 год «О результатах комплексной проверки акционирования и приватизации объектов федеральной собственности, высвобождаемых в ходе военной реформы».

В отчете говорилось, что конкурсы главного автобронетанкового управления Минобороны по утилизации бронетанковой техники проводились с нарушениями.

К конкурсу были допущены 6 организаций, среди которых была и «Компания Консоил».

«Ни одна из организаций не представила в полном объеме документов, определенных условием конкурса», — говорилось в отчете.

Контракты для своих

Сегодня собственники полигона под Волоколамском владеют еще несколькими крупными предприятиями по сбору отходов.

К примеру, компания «ЦМПТ» (ей принадлежит 75% «Ядрово») контролирует по 51% в фирмах «Истра-Ресурс» и «Истра-Вэйст» в Истринском районе Московской области. Обе занимаются сбором отходов.

В частности, эти компании получали государственные контракты на сбор и утилизацию мусора от муниципального предприятия «Истринский полигон твердых бытовых отходов».

По совпадению, нынешний директор и совладелец «Ядрово» (Алексей Сулимов и Алексей Волошин соответственно) поочередно ранее руководили именно «Истринским полигоном твердых бытовых отходов».

Волошин возглавлял муниципальное предприятие до конца 2015 года.

Ему на смену пришел Сулимов, и во время его руководства Истринским полигоном частные компании Волошина стали получать госконтракты.

Вот показательный государственный контракт почти на 10 млн рублей, который «Истра-Ресурс» получила в августе 2016 года от Истринского полигона на прием и обработку отходов.

Совладелец «Истры-Ресурс» — Алексей Волошин; и он же — заместитель председателя аукционной комиссии муниципального предприятия, которое эту закупку организует.

Кто возит

Судя по официальному реестру гос­контрактов, основными клиентами полигона «Ядрово» выступают различные сельские поселения Истринского района, муниципальные предприятия городского округа Шаховская, а также Одинцовского района.

С недавних пор клиентом полигона «Ядрово» стало ФГБУ «Автобаза № 2» Управления делами президента.

Последний по времени контракт с полигоном «Ядрово» на вывоз почти 2 тыс. кубических метров отходов автобаза управделами заключила в январе 2018 года.

Однако, как предполагают члены инициативной группы по решению проблем волоколамской «помойки», основная доля грузов приходится не на тех, кто заключил официальные государственные контракты.

«Мы знаем, что один грузовик с отходами платит около 10 тыс. рублей. В некоторые дни мы фиксировали по 300–500 машин за сутки, это — 3–5 млн рублей в день. А в год это — 1–1,8 млрд руб­лей. А в балансе «помойки» таких цифр нет», — говорит один из участников инициативной группы.

По данным Росстата, выручка «Ядрово» за 2016 год (последний доступный период) составила 177 млн рублей.

При этом в инициативной группе полагают, что даже сами собственники полигона не заинтересованы в том, чтобы принимать отходы сверх отведенной нормы, и якобы представители «Ядрово» в частных беседах жаловались, что получили приказ сверху — из правительства Московской области.

Политические страсти

Отравление детей газами от свалки спровоцировало в Волоколамске политическое противостояние.

На фоне скандала в город нагрянули многочисленные проверяющие из правительства Московской области.

Они начали предъявлять претензии даже не столько членам инициативной группы, протестующим против свалки, сколько городским властям из-за того, что те разрешили проведение митингов.

Пока я обходил свалку, некоторые представители министерства экологии Московской области даже сказали, что мэр Волоколамска Петр Лазарев — «навальнист» (так и сказали), и поэтому в городе разрешили митинги.

Сам Лазарев, как и члены инициативной группы, это категорически отрицают.

«Я этого Навального в глаза не видел. Наоборот, я призывал людей голосовать за Путина. Я поддерживаю Путина», — говорил мне Лазарев.

Это же подтверждают и представители инициативной группы: «Лазарев — народно избранный мэр, его в городе уважают. Мы за Путина, но против Воробьева».

При этом лидеры инициативной группы опасаются политизации протеста.

И уже наблюдают, по их словам, попытки «американских агентов раскачать ситуацию».

К примеру, мне показывали фотографию двух целующихся молодых людей на митинге.

«У нас таких в городе нет. Но кто-то же их сюда специально подсылает. Кто-то специально раскачивает ситуацию», — говорил мне протестующий.

Но лидеры инициативной группы уверяют, что не позволят воспользоваться ситуацией ни американским агентам, ни представителям оппозиции.

И в этом взгляды некоторых протестующих против «помойки» совпадают со взглядами одного из бенефициаров свалки.

Медуза 29.03.2018 «Наша самая лучшая, просто идеальная свалка»:

«Утром в субботу, 24 марта, неподготовленному человеку могло показаться, что Волоколамск готовится к празднику.

На площади около администрации района припарковали КамАЗ, стену кузова превратив в экран.

На нем демонстрировали сложную технологическую графику: таким образом жителям Волоколамска, не первую неделю требующим закрытия большой мусорной свалки рядом с городом, показывали, как в соответствии с европейскими практиками будет происходить ее дегазация.

Вдобавок к экрану прямо перед входом в администрацию соорудили огороженную площадку для митинга.

За несколько часов до него в самом здании устроили расширенную встречу с общественностью по проблемам свалки — на нее позвали активистов и журналистов (в официальный список внесли в основном работников федеральных каналов, но охранник отнесся к корреспондентам «Медузы» с пониманием), а помимо чиновников туда пришел совладелец мусорного полигона «Ядрово» Алексей Волошин.

Волошин, усталый мужчина в свитере, несколько раз вслух спросил, есть ли переводчик, а когда понял, что нет, сел переводить сам.

Рядом с ним сидел человек в синем пиджаке и в идеальной белой рубашке, на столе перед ним стояла табличка с надписью «Юджин Тиммерманс».

Тиммерманс вращал глазами: такой деловой встречи он явно не ожидал.

Мест в зале на всех не хватало — некоторые активисты сидеть не хотели и нависали над чиновниками и бизнесменами.

«У нас сложилась очень непростая, а точнее говоря, сложная ситуация. Моя задача — собрать все факты и принять решение так, чтобы не было запаха», — открыл заседание новый исполняющий обязанности главы района Андрей Вихарев.

Его предшественника Евгения Гаврилова накануне уволили — после того, как 21 марта он получил по лицу от жителей Волоколамска; потасовка случилась возле больницы, где проходила стихийная акция из-за госпитализации нескольких детей, отравившихся «неизвестным газом».

Следом за Вихаревым выступил Александр Чупраков, заместитель губернатора Московской области Андрея Воробьева, и заверил собравшихся, что ситуация уже меняется: на полигон приезжает не больше 80 машин в день (до того их было минимум вдвое больше), их снимают на камеру и ведут учет данных.

А главное — акционеры уже заключили договор с нидерландской компанией Multriwell на рекультивацию и дегазацию полигона (их российскими партнерами обычно выступает компания «Промбиогаз», одним из совладельцев которого является троюродный брат президента Александр Путин).

Тут и вступил Тиммерманс. «Делаю такую работу больше 23 лет, и впервые столько журналистов и камер», — удивился Юджин (его все так и называли, потому что фамилию трудно было выговорить).

И начал долгий и подробный рассказ о том, что будет происходить со свалкой: как будут делать пять тысяч проколов в тело свалки; как будут собирать газ; как его потом будут сжигать на безопасном факеле; как полигон сверху накроют пленкой и так далее.

Длиться этот процесс будет полтора месяца и обойдется владельцам примерно в 140 миллионов рублей (в закупочных документах фигурирует сумма чуть меньше двух миллионов евро).

 Юджин Тиммерманс из компании Multriwell, которая будет проводить дегазацию «Ядрово», на встрече с жителями Волоколамска в администрации Волоколамского района, 24 марта 2018 года

«У нас общественная и гражданская катастрофа произошла», — признала Марина Юденич, бывшая глава пресс-службы Бориса Ельцина, а теперь советник губернатора и зампред Общественной палаты Московской области.

Она призвала активистов объединиться в одну организованную группу, которая будет контролировать завоз мусора — и иметь доступ на полигон.

А представитель губернатора добавил: дегазацию будут делать для того, чтобы рядом открыть новый полигон, точнее — «новое тело» (его еще называют картой), подготовленный по новым технологиям участок, куда тоже будут свозить мусор, но беспокоить жителей он уже не должен.

Жителей, впрочем, все эти выступления не убедили.

«Вы озвучили цифру в 80 машин, а тот грузопоток, который развернулся? Вы знаете, куда он следует? В городское поселение Сычево, — заявил мужчина с задних рядов (в Сычево расположена еще одна свалка, и местные жители тоже недовольны). — Сейчас машины вываливают мусор там. Люди готовы взяться за оружие, чтобы защищать свой край!».

К нему присоединились другие голоса: люди стали говорить, что машин приезжает куда больше 80, что камеры зависают на несколько часов, что контролировать состояние полигона невозможно.

«Дегазацию финансируют за счет денег от нового тела полигона! Встанет вопрос, как его дегазировать, — третью карту откроют! — горячился кто-то. — Есть же места другие. Не надо в трех километрах от города. Вы травите отчизну президента!»

— Только давайте без президента, — испугалась Юденич. (В биографии Владимира Путина Волоколамск, впрочем, никак не фигурирует.)

— Мы, жители, будем бороться до конца. Нового тела полигона не будет, — сказала женщина в строгом коричневом платье. В зале впервые раздались аплодисменты.

— Вы народ не слышите, — добавил кто-то. — Мы требуем закрыть полигон — а вы открываете второй?

— А мусор куда? — удивился вице-губернатор Чупраков.

Слышно его уже было плохо — внизу шумел начавшийся под окнами администрации Волоколамского района митинг за закрытие полигона.

Глава района давно покинул зал, многие активисты спустились на улицу. В какой-то момент вице-губернатору просто стало не с кем разговаривать — и встречу решили закончить…»