Bespredel.org > Журналистские расследования > Большой бизнес на ЕГЭ

Большой бизнес на ЕГЭ

 

Учитель Дмитрий Гущин во время урока в гимназии №261

Преподаватель математики петербургской гимназии Дмитрий Гущин – сегодня самый известный учитель в России.

Перед началом всеобщего ЕГЭ он заявил об утечке в Интернет экзаменационных заданий по математике и химии.

За это Рособрнадзор (отрицающий утечки) пообещал подать на дерзкого учителя в суд.

В 2007 году Гущин стал абсолютным победителем во Всероссийском в конкурсе «Учитель года».

Он преподает детям математику и информатику почти 20 лет.

Почетный работник общего образования РФ.

Сейчас лучший и почетный учитель – в опале.

– Скандал с утечками ЕГЭ – случайная история или системная проблема?

– Такое было не раз и не два.

В 2011-м, 2012-м, 2013 году, да и до того – в большей или меньшей степени – происходило то же самое.

И СМИ об этом писали, и министры образования признавали.

Рособрнадзор всё отрицал!

В 2013-м вообще все варианты по всем предметам были украдены и распространялись по Сети.

Масштаб проблемы оказался таким, что было собрано специальное заседание в Госдуме, на которое пригласили и меня.

Разговор серьезный был.

После этого сменилось начальство и в Рособрнадзоре, и в ФЦТ (Федеральный центр тестирования. – Ред.), и в ФИПИ (Федеральный институт педагогических измерений. – Ред.).

Официально виновных не нашли, но в неформальных разговорах звучало, что кое-кто из сотрудников квартиру в Москве купил.

Это же был большой бизнес!

Такса известна – пять тысяч рублей со школьника.

Деньги переводились на счет Яндекс-кошелька или Веб-мани.

Школьников таких были тысячи.

Целыми классами на покупку ЕГЭ скидывались, некоторые потом с дисконтом перепродавали варианты, в конце их уже бесплатно повсюду выкладывали.

Нынешняя утечка, я считаю, шла похожей цепочкой – сначала кто-то продал варианты за большие деньги.

Никто ведь просто так не будет рисковать репутацией, зарплатой, местом работы.

По математике 30 заданий утекло в Сеть, из них большая часть встретилась на ЕГЭ.

По химии в Сети было шесть файлов с заданиями и даже с ответами.

Я уверен, что Рособрнадзор ничего не скажет о статистике результатов ЕГЭ, но есть тревожные сигналы.

В некоторых регионах в этом году в три раза увеличилось количество сдавших химию на 100 баллов.

А если мы посчитаем таких стобалльников по всем регионам, то, думаю, увидим, неприглядную картину.

То есть радостную, конечно, если не знать, в чем причина подобного успеха.

– Зачем статистику результатов ЕГЭ засекречивают? Почему запрещают публиковать рейтинги школ по ЕГЭ?

– Объясняют так: мы опубликуем рейтинг, какая-то школа окажется на первом месте, а на следующий год – она опустится на десятое, учителей начнут ругать, директора уволят, и от рейтинга будет не польза, а вред.

На мой взгляд, нет никаких объективных причин для того, чтобы отказывать людям в информации.

Но чиновники не хотят лишних вопросов.

Если опубликуют рейтинг и выяснится, что школа такая-то – самая худшая, и она же – худшая через год, через два, то кто-нибудь спросит: почему мер не принимаете?

А так – нет информации, и вопросов нет.

И делать ничего не надо.

– Рособрнадзор грозился подать на вас в суд. Подал?

– Нет, конечно.

Нет у них для этого никакого основания – ни юридического, ни нравственного.

И с медийной точки зрения это их заявление – полностью провальный шаг.

Мой пост в соцсети о том, что произошла утечка заданий ЕГЭ, прочитали 300 тысяч человек.

Но уж после заявления Рособрнадзора это стали обсуждать вообще везде!

Честно говоря, мне не понятна такая их реакция.

Сказали бы: «Да, мы знаем о проблеме, решаем ее».

И всё, больше ничего не надо.

Наверное, ими двигало желание защитить честь мундира.

Оправдать себя в глазах начальства.

Сделать вид, что их зря очерняют.

Меня коллеги при встрече теперь спрашивают: «Тебя не посадили еще?»

И весело смеются.

Я тоже смеюсь.

Но на самом деле смешного мало.

Мне, разумеется, было понятно с самого начала, что высказаться вслух о проблеме – это к неприятностям.

– Зачем тогда вы это сделали?

– Бывают случаи, когда молчать невозможно.

Потому что это принципиальная несправедливость, касающаяся детей.

Для меня – бесспорный факт, что государственные экзамены должны быть честными.

Что в вузы должны поступать наиболее талантливые школьники, а не те, у кого экзаменационные задания нечестным путем оказались задолго до экзамена.

Почему проблему надо замалчивать?

Почему начальство не благодарность выражает, а запрещает о ней говорить?

Школа вообще не очень свободна сейчас.

Учащимся запрещают ставить лайки в соцсетях, учителям запрещают в купальниках фотографироваться.

Следите за этой историей?

Молодую учительницу из Омска уволили за фото в купальнике.

Объясняли это тем, что, мол, фото противоречит кодексу чести школы.

А на фото абсолютно ничего непристойного не было.

Как можно в учебных заведениях принимать какие-то кодексы, которые запрещают свободным людям в свободной стране делать что-то, что не запрещено законом?

Недавно учительницу в Москве уволили за то, что она своих учеников сводила в театр.

Не куда-то там – в театр!

В Москве!

Кто-то из родителей решил, что постановка слишком откровенна или что-то еще…

Мама пожаловалась директору.

А директор чего боится?

Что мама завтра может пойти в РОНО, а потом и президенту напишет.

Директору проще уволить учителя.

Повод легко найти.

А имелся ли у учителя приказ об организации внеклассного мероприятия?

А было ли два сопровождающих?

А проведен ли инструктаж по технике безопасности при переходе через дорогу?

Если целенаправленно искать нарушение, найти можно.

Из-за этого в школах опасаются проявлять инициативу.

Мало ли кому что не понравится.

– Что вы планируете предпринять дальше в связи с утечками ЕГЭ? Подать в суд на Рособрнадзор? Создать движение «За честный ЕГЭ»?

– Я обозначил проблему.

Не в моих силах ее решать – я работаю учителем, а не в ФИПИ или в Рособрнадзоре.

На мой взгляд, сделанного – достаточно.

Сам факт привлечения внимания должен повлечь внутренние расследования, какие-то управленческие решения.

Я уверен, меры примут.

В 2011 году, когда тоже были утечки, я обсудил с коллегами и сформулировал несколько страниц предложений по совершенствованию ЕГЭ.

Почти все из них уже реализованы.

Организовать сейчас какое-то движение «За честный ЕГЭ» смысла нет.

Больше того, звать «на баррикады» – значит подставить коллег под удар.

Это – к разговору о несвободе.

Мне недавно написал один молодой учитель с предложением отправить от педагогического коллектива школы, где он работает, коллективное письмо в мою поддержку.

И я понимаю, что он – за правду, но – в плену иллюзий.

Никто не будет писать никаких писем.

Потому что – чревато.

– А вы-то почему не боитесь?

– А что со мной можно сделать? Во-первых, ниже учителя не пошлют. А во-вторых, я в Петербурге работаю.

У нас всегда было больше свободомыслия и здравомыслия, чем в любом другом городе.